— Стрельбу? — усмехнулся я. — Ее величество не из тех, кто испугается шума и запаха дыма. Да и едва ли Мюнхен сейчас безопаснее, чем Регенсбург. Если донесения с юга не врут — некоторые из офицеров Рейха все еще отказываются сложить оружие.

— Отважные люди. — Оболенский опустил голову. — Жаль, что они не на нашей стороне… Впрочем, и по эту сторону фронта хватает своих героев.

— Не спорю. — Я расстегнул ворот кителя. — Мы все в неоплатном долгу у эльзасцев и лично ее светлости герцогини. Если бы не их отвага — французская армия так и осталась бы где-нибудь в Нюрнберге. Старик Жозеф бережет своих солдат.

— Это верно — эльзасцы всегда шли в первых рядах. Я бы даже сказал — они куда больше преданы вам, чем собственному монарху, — задумчиво отозвался Оболенский. — Иногда мне кажется, что ваших талантов хватило бы закончить войну в одиночку, без помощи из Петербурга.

— Вы мне льстите, друг мой, — рассмеялся я. — У эльзасцев достаточно и штыков, и тех, кто умеет стрелять — но без наших Щитов им пришлось бы несладко.

— Может, и так. — Оболенский не стал спорить. — И все же вы не можете не согласиться: сейчас выигрывает оружие, а не солдаты и Одаренные офицеры. Автоматические винтовки, пулеметы, дирижабли, панцеры…

— Панцеры. — Из моей груди вырвался протяжный вздох. — Будь у меня хоть три десятка исправных машин — я бы свалил весь западный фронт за неделю.

Техники действительно отчаянно не хватало — Жозеф не спешил делиться даже пушками, а своих бронированных машин у французской армии, можно сказать, и не было. Приходилось довольствоваться подачками Георга, которые гнали прямиком из Бельгии — и тем, что удавалось раздобыть в качестве трофеев. Но от изрешеченных магией и снарядами консервных банок было немного толку, и попадались они нечасто: немцы предпочитали взрывать панцеры — лишь бы не бросать на поле боя.

Пожалуй, Павел мог перебросить тяжелую технику морем — хоть в тот же Антверпен. Но то ли не желал делать работу за нас с Жозефом и Хельгой, то ли панцеров до сих пор не хватало даже на восточный фронт — в конце концов, там Каприви все еще располагал куда более серьезными силами, чем стояли на нашем пути.

— Уверен, вы справитесь и так, друг мой. — Оболенский похлопал меня по плечу. И не забывайте — в наших интересах, чтобы армия его величества императора Павла успела к Вене раньше той, что поведете вы. Если эльзасцы каким-то чудом займут столицу Рейха — Жозеф может посчитать это собственной победой… И наверняка пожелает изменить условия пактов.

— Я не верю этому старому пингвину ни на грош, — проворчал я. — И именно поэтому и настаиваю, чтобы западный фронт усиливали русскими солдатами, офицерами и оружием. Каждая винтовка, которую нам отправят из Петербурга или Тулы, рано или поздно станет козырем в любых переговорах… Не говоря уже о том, что не помешает как следует помогать тем, кто сражается на нашей стороне.