В голосе командира послышалось уважение — хоть и пополам с завистью. Он и сам отлично управлялся с громадиной аэроплана и наверняка был лучшим в своем деле — раз уж дед доверил ему собственную жизнь. Но даже опытному авиатору оказалось далеко до таланта Одаренной. Хельга будто родилась за штурвалом — и я уже не сомневался, что она сможет доставить нас в Вену и сбросить точнехонько на Хофбург.
Но кое-что другое меня все-таки интересовало.
— Что тебе здесь нужно, фрайин? — Я склонился над креслом Хельги и осторожно опустил ладони ей на плечи. — Зачем этот… маскарад? Опять собираешься геройствовать?
— Как и ты, Горчаков, — весело отозвалась Хельга. — Неужели ты не можешь поверить, что я здесь для того, чтобы ты не разбился в этом громадном корыте?
— Могу. — Я на всякий случай огляделся по сторонам и чуть тише добавил: — Но не буду.
И в кабине, и уж тем более в салоне “Ильи Муромца” было тесно — однако все же не настолько, чтобы нас услышали. Да и шума моторов наверняка хватало заткнуть даже самые любопытные уши.
Впрочем, мы летели драться не на жизнь, а на смерть — так что вряд ли хоть кого-то рядом интересовали чужие беседы.
— Тебя не обманешь. — Хельга слегка повернула голову в мою сторону — так, чтобы не упускать из виду штурвал и приборы. — Я хочу оказаться поближе к Вене, когда вы доберетесь до канцлера. Если хотя бы треть друзей отца выступят на моей стороне — мне хватит суток, чтобы навести порядок.
— Думаешь обойтись без русских панцеров и французских солдат? — усмехнулся я. — Смело.
— И обойдусь, если со мной будешь ты! — Единственный обращенный ко мне глаз Хельги сверкнул голубым льдом. — Одно слово князя Горчакова сейчас стоит немногим меньше целой армии — и даже Георг с Павлом не станут спорить, если ты потребуешь…
— Оружие Рейха? — догадался я. — Хочешь, чтобы я раздобыл для тебя игрушку Каприви?
— Для нас, Горчаков. — Хельга оторвала одну руку от штурвала и коснулась моих пальцев. — Мы вместе обеспечим союз наших стран — и я лишь хочу, чтобы это был союз равных. Через несколько месяцев у Павла будет сильнейшая в Европе армия. Георг получит Бельгию, а Жозеф — Лотарингию и Эльзас… Оставь мне хотя бы оружие — и клянусь, я никогда не поверну его против России!
— Клятвы порой забывают. Если не сами отцы и матери — то их дети. — Я чуть сильнее стиснул пальцы на изящных плечах под кожаной курткой. — Неужели ты думаешь, что я предам своего императора?
— Я думаю, что ты заслуживаешь большего, чем всю жизнь быть мальчиком на побегушках у Павла! — прошипела Хельга. — А я дам тебе то, о чем не может мечтать даже первый из князей — титул короля и венгерскую корону!