Вроде здоровенного сундука, который я… то есть, Джозеф Грант-младший решил прихватить с собой на берег. Одному Богу известно, чего мне стоило в весьма сжатые сроки раздобыть этот уродливый обшитый медью гроб. Который выглядел так, будто в нем может поместиться половина пассажиров с “Олимпика” — а весил и того больше. Его даже пришлось погрузить на тележку — и мы с грузчиками двинулись по палубе к сходням, раздвигая толпу. Сундук из-за своих габаритов торчал во все стороны и то и дело задевал острыми металлическими углами то чьи-то ноги, то нежные бедра под шелком и велюром платьев. Леди из первого класса охали и возмущались, джентльмены вполголоса ругались, пыхтели и неодобрительно фыркали в усы, дети вопили и принимались сердито колошматить бездушного обидчика — а мне оставалось только бегать вокруг, хвататься за голову и вопить про фамильный фарфор… или хрусталь — я то и дело путался в словах.

В общем, подобное шоу вряд ли могло остаться незамеченным. Пожалуй, даже на нижних палубах — а уж вокруг все наверняка смотрели только на богатенького сопляка с сундуком… Впрочем, меня интересовал весьма скромный список персон.

Где-то впереди мелькнула изящная фигурка в сером пальто. Хельга подхватила под локоть какого-то толстяка из соседней каюты и теперь с его помощью двигалась в сторону сходней. За ней наверняка тоже приглядывали, но куда больше Коннери, усатого и их бравую команду интересовала моя персона.

Я насчитал троих уже внизу, на пирсе, еще двоих и еще двоих, затесавшихся между старших офицеров экипажа. Даже капитан лично вышел на палубу попрощаться с “дорогими” пассажирами — и, вполне возможно, сделал это вовсе не случайно. Парочка громил в штатском скучали у борта в паре десятков шагов друг от друга и еще один наблюдал из ближайшей двери. На лице у бедняги красовался здоровенный синяк, и взгляд у него был такой, будто он готов наброситься на меня с кулаками прямо здесь и сейчас, не дожидаясь даже команды от усатого.

Сам главарь моряков шел где-то сзади — не вплотную, конечно же, а чуть отстав — но так, чтобы уж точно не потерять меня в толпе. Коннери я так и не увидел, хотя его рослая фигура наверняка должна была изрядно возвышаться над всеми. Впрочем, крутить головой и вглядываться в лица все равно уже не осталось никакого смысла.

До самого Шербура я отсиживался в укромном местечке, но стоило выйти на палубу — британцы тут же “срисовали” меня. Выследили, отрезали все мыслимые и немыслимые пути к отступлению — и теперь понемногу сжимали кольцо вокруг тележки с сундуком. Наверняка пузатый медно-деревянный уродец уже давно и намертво приковал к себе их внимание… впрочем, как и внимание вообще всех вокруг.