А я видел его, только когда ублюдок начинал двигаться.

Снова едва заметная тень, скользящая над мостовой — и снова удар, способный разорвать надвое автомобиль. Неудивительно, что немец не демонстрировал полноценный магический заклятий — на такой скорости самый обычный удар кулаком оказывался куда смертоноснее и эффективнее любого заклятия, и запросто раскрошил бы мне ребра даже под накачанными под завязку энергией Источника Латами — а то и сломал бы шею или превратил бы в месиво все внутренности.

— Иди сюда. — Я выпустил из ладони метровый Кладенец. — Подойди — и отправишься в Вену по частям.

В ответ раздался едва слышный смешок — и только он и выдал снова ринувшегося в атаку немца. На этот раз я успел не только защититься , но кое-как ударить в ответ — коряво, наотмашь и без особой силы — и все же достаточно быстро, чтобы зацепить проворную и почти бесплотную тень. Послышалась ругань, огненный клинок полыхнул искрами, вскрывая чужую броню — и на мостовую брызнула кровь.

Совсем немного — вряд ли рана оказалась серьезной, тем более для Одаренного такого класса. Но зато теперь я хотя бы убедился, что сражаюсь с живым человеком, а не с каким-нибудь бесплотным злобным духом из катакомб Ватикана, которому взбрело в голову поохотиться за тем, кто потревожил его покой.

Да и немец наверняка сообразил, что меня так просто не возьмешь — и больше не лез на рожон. На мгновение во дворе стало так тихо, что я даже начал переживать — не решил ли враг удрать вместо того, чтобы честно закончить драку.

— Ну, где же ты?.. — пробормотал я, осторожно водя Кладенцом из стороны в сторону и медленно пятясь к арке, чтобы прикрыть ее спиной. — От меня не спрячешься.

Прятаться немец и не собирался: если царапина и оказалась болезненной — сил она его точно не лишила, а злости — даже добавила. Резервом и чистой силой Дара он мне все-таки, похоже, уступал — зато преимущество в скорости разыграл по полной. Воздух вокруг снова зарябил, и удары посыпались со всех сторон одновременно. Первый я принял на Щит, второй кое-как парировал огненным клинком, но третий все-таки достиг цели: правое бедро чуть ниже пояса взорвалось болью, и меня снова швырнуло на мостовую и приложило так, что потемнело в глаза. Как грузовиком сбило — обычному человеку такое точно сломало бы таз вместе с позвоночником, но я только перестал чувствовать ногу.

К счастью, вторая еще осталась при мне — и я успел кое-как отползти и кое-как закрыться от очередного удара. Двумя руками — на ответные выпады сил уже не было. Вздумай противник чуть схитрить и ударить заклятьем или подсунуть руку под блок — наверняка без труда вспорол бы Латы и вырвал из моего живота кишки. Но горячка боя, похоже, полностью снесла ему крышу — и вместо хитрых финтов немец принялся просто меня избивать. Едва видные в темноте под аркой кулаки-кувалды с грохотом опускались на Щит, буквально вколачивая меня в мостовую. Уши закладывало от шума, голова дергалась, каждый раз врезаясь затылком в камни, во все стороны летела пыль и мелкое крошево.