Так, ладно. Как мне подогнать сюда «Крузак»? Места мало, но если сложить зеркала и сдавать задом от самого перекрестка — втиснусь.
Опять уборка.
Опять грузить свежие трупы, мыть багажник, ехать в лес…
Но мой внутренний прагматик тут же нашел плюсы: по крайней мере, мне не придется оттирать от крови мой паркет. Асфальт всё стерпит, а дождем потом смоет.
Тихий, едва уловимый звук.
Я замер.
Медленно повернул голову в сторону мусорных баков.
Ах, блять. Настя.
За рутиной я на несколько минут реально забыл о ее существовании.
Адреналин сужает фокус внимания до размеров цели, а когда цель устранена — мозг начинает решать логистические задачи.
Тяжело выдохнул, мысленно бью тебя по лбу.
Спасатель года, мать твою.
Я шагнул в густую тень за контейнерами.
Она сидела прямо на грязной земле, сжавшись в крошечный комок. Руки обхватили колени, лицо спрятано, плечи ходят ходуном от крупной дрожи.
Медленно присел перед ней на корточки.
Настя инстинктивно вскинула голову, увидела меня и шарахнулась назад так резко, что с силой впечаталась затылком в кирпичную стену. В ее огромных глазах плескался не просто страх — там был первобытный, парализующий ужас. Она смотрела на меня так, как смотрят на дьявола, восставшего из ада.
И правильно. Бойся меня, Дюймовочка. Я не хороший парень. И никогда им не был.
Протянул было к ней руки, чтобы поднять, но вовремя остановился. Мои ладони, от кончиков пальцев до запястий, были покрыты слоем густой, подсыхающей крови. Трогать ее сейчас — значит устроить ей окончательный нервный срыв.
Чуть наклонился вперед и показал взглядом на карман своих брюк. Она не поняла, продолжая вжиматься в кирпич.
Я свободной от крови тыльной стороной запястья похлопал себя по карману и четко артикулировал губами:
— Достань.
Она перевела затравленный взгляд на мои брюки. Поняла.
Ее руки тряслись так сильно, что она не с первого раза попала в прорезь кармана. Осторожно, стараясь не коснуться меня, она просунула тонкие пальцы внутрь, нащупала пластиковый корпус своего дорогущего аппарата и вытащила его наружу. Быстрым, судорожным движением вставила в ухо..
— Слышишь?
Настя сглотнула и мелко, часто закивала, не сводя глаз с моих окровавленных рук.
— Пошли, Дюймовочка, — спокойно сказал я и поднялся на ноги.
Она попыталась встать сама, опираясь о стену, но ноги ее явно не держали. Я аккуратно, стараясь пачкать только ткань ее безразмерного худи, взял ее за плечи и поставил на ноги.
— Чуть не забыл про тебя, — честно признался, натягивая ей на голову объемный капюшон так, чтобы он полностью скрыл ее лицо. — Смотри только под ноги. По сторонам не пялься. Насмотрелась уже.