Лезвие обжигающе вгрызалось в мою плоть. Актор принялся теребить меха, обернутые вокруг его собственных бедер, свободной рукой. Он не стал развязывать жилы – потянул вбок и открыл свою наготу миру. Мужское естество его оказалось таким же угрожающим и смертельным, как и копье, с которым он не расставался.
– Я ведь сказала! Я не…
– Так тому и быть.
Я открыла рот, чтобы закричать, но он навалился на меня, выбив из легких весь воздух. Актор застонал: наши разгоряченные тела прижались друг к другу. Я инстинктивно сжала колени.
– Актор.Прошу тебя…
Боль от ножа не могла сравниться с той болью, что меня ждала. Боль унижения. Боль несогласия. Боль потери собственной воли.
–Прошу … – я крепко зажмурилась, не в силах смотреть на непоколебимое выражение его лица, на взгляд, полный уверенности в том, что он все делает правильно, все делает по важным причинам… уверенности в том, что проверить меня – его долг.
Колено его вжалось в мое до синяка – Актор пытался разжать мои ноги. Он тяжело дышал, его горячая плоть прижималась к моему нагому животу.
– Ты отказалась отвечать словами, так что расскажешь все с помощью своей боли, – голос его звучал будто гром и падающие камни.
Он пнул меня, пытаясь расцепить мои лодыжки.
По щекам лились слезы. Я умоляла разум о том, чтобы все вспомнить.
Так я смогу кинуть эти воспоминания прямо в лицо Актору. Остановить его. Но голова оставалась пустой.
В ней жили лишь ужас и потеря.
Актор внезапно вонзил кинжал в грязь рядом с моим ухом.
– Раздвигай ноги.
Сердце мое сжалось от тысячи разных ужасов.
Его пальцы отпустили рукоять ножа и обвили мое горло.
– Я сказал… открывайся давай.
Он надавил на мое горло всем телом.
Я задыхалась.
Я кашляла.
Я потянулась к его запястьям, закорябала, забилась. Но ничего не могла сделать.
В глазах засверкали яркие, как звезды, круги. Вокруг собрались тени.
Плотные, похожие на кляксы тени.
Я пошевелилась и попыталась закричать, но пальцы Актора не давали мне вдохнуть. Не давали вырваться из горла ни звуку. Мир показался вдруг таким далеким… и улетал все дальше и дальше.
Тени в уголках моих глаз стали еще плотнее… сделались похожи на тени внутри меня – те самые, которые сейчас ослепляли.
По небу разнесся рык.
Громодобный рык, напомнивший мне от тех волках, что преследовали меня, когда я шла по миру одна. Куснул кожу яростный порыв ветра – Актор приподнялся на свободной руке, прижал меня к земле еще сильнее и нацелился бедрами, чтобы…
По траве пронеслась волна дикой, внезапной жестокости.
Она неслась будто бы на крыльях ворона и резала, словно клинок, танцуя и извиваясь в темноте. Она ударила Актора прямо в грудь.