Мы потерялись. И мы нашлись.
Нас полностью поглотилоэто.
Я вскрикнула – сердце мое переполнилось. Тело тонуло в ощущениях. Опаляющая боль смешалась с удовольствием и, казалось, разделила меня надвое: Дарро вошел особенно глубоко. Его губы опустились на мои. Одной рукой он придерживал меня за ягодицы, чтобы нога моя оставалась на его бедре, а другой коснулся горла – рисовал опьяняющие круги на моей ключице. Руки Дарро скользили под дождем. Благодаря ему я горела заживо – он продолжал вбиваться в меня снова, и снова,и снова.
Губы мои раскрылись под натиском его поцелуя: в самый мой центр проникло осознание, туда, куда вбивался Дарро, прямо в жизнь, которая разворачивалась в моей крови.
Я засияла еще ярче: плоть моя мерцала золотом и жемчугом. Дарро потемнел от теней: они скатывались с него, завиваясь и рыча. Тени и чернота обвивали его горло, его руки и голову.
Тени короновали его.
Намек на то, чем Дарро на самом деле являлся.
Императором смерти и правителем хаоса.
Моя солнечная метка запылала болью – кожа засияла ярче, и свет ее отражался от слепленной вокруг нас пещеры из теней.
По спине прокатилась ослепительная вспышка желания.
– Дарро, мне нужно…
– Знаю, – его язык проник глубоко в мой рот и заткнул меня. – Я жажду того же.
Я охнула: Дарро обнажил меня полностью. И он тоже ничего от меня не скрывал. Темная истина его любви.
Капли дождя смешивались с потом – Дарро вбивался в меня. Я поднимала бедра ему навстречу.
Сердце его колотилось рядом с моим. Мы продолжали двигаться, снова и снова.
Я вскрикнула: где-то в позвоночнике росло и поднималось удовольствие. Кожа засияла еще ярче, и я схватила Дарро за плечи, впилась ногтями в спину.
Он сглотнул проклятье и ускорился. Я замерла, утонув в тесном, сладком покалывании.
Я едва могла дышать: удовольствие все росло и росло, давило на кости, жгло кровь, сжималось в тугую пружину с каждым движением.
Дарро не остановился.
Он брал меня. Топил меня. Возвышал все выше, и выше, и выше… Теснее, и теснее… Пружина замерла.
Закачалась.
Она колола. Дразнила. Прошивалаболью . А потом наконец распрямилась.
Я замерла: все тело будто бы взорвалось сотней молний. Я закричала: они прошили самое мое естество, заискрили между ног и наполнили меня волнами ослепляющего света. Дрожь и ленты бриллиантово-белого света прошили меня и исчезли в тенях Дарро, свернулись в них кольцами.
Сияющие глаза Дарро посмотрели на меня, и я охнула: меня прошила последняя волна удовольствия.
Дарро провел рукой по моему горлу – пальцы его были нежными, но немного угрожающими. Во взгляде серебро смешивалось с чернотой ночи. Он закусил нижнюю губу и всмотрелся в меня так, словно чувствовал, как я распадаюсь на части.