Насекомые отрастили конечности посильнее и зубы побольше. Бизоны, крокодилы, газели, медведи.
Лошади, гиппопотамы, львы и ягуары.
Они тявкали, выли, гавкали и кричали. Черепахи, ящерицы, змеи и скунсы.
Волки, слоны, козы и кролики. Им не было конца.
Поднялась луна, и кожа моя перестала светиться: чем больше крови из меня изливалось, тем больше походила я на умирающую звезду. Я рыдала из-за близости смерти, но даже слезы мои несли в себе волшебство. Заревела еще одна река – она подарила приют всем водным животным, которые появились после.
Дельфины, рыбы, крабы и киты. Так много существ.
Слишком много.
Над нами блестел космос, и я вдруг заскучала по дому. Мне хотелось отправиться наверх и почувствовать хотя бы десятую долю той силы, которой я обладала прежде.
В небеса взлетели птицы.
Воробьи, чайки, орлы и другие хищники. Колибри, вьюрки, ласточки и попугаи. Целый вихрь радужных перьев и радостного щебета поднимался туда, куда я не могла.
Дарро дрожал. Кровь моя высохла. Я похолодела – до костей, до стучащих зубов.
– Руна… не надо. Не смей!
Я посмотрела в его восхитительные, сияющие лунным светом глаза.
– Прости, что мы провели так мало времени вместе, мой ванзаари.
Он содрогнулся.
– Не называй меня своей половиной… не тогда, когда собираешься покинуть меня.
– Ил лапинзана ну, – прошептала я.
Я люблю тебя. На нашем языке – на языке солнца и звезд.
Из глаз его полились гневные слезы.
– Ты не умираешь. Эта смертная оболочка удержит тебя дольше.
Я грустно улыбнулась. Дарро ошибался. Я принесла себя в жертву жизни. Я подарила миллиону других сердец шанс на существование. У них будет то, чего я лишена, – шанс на любовь. Шанс на жизнь.
– Я не бежал за тобой с самого начала времен лишь для того, чтобы провести с тобой всего пару лун, – голос его помрачнел.
Дарро поднял руку и прокусил покрывающую запястье нежную кожу. С диким рыком он вырвал кусок плоти зубами и поднес запястье к моему рту.
– Вот. Пей. Так ты продержишься, пока мы не поймаем одного их тех животных, которых ты породила. Я не позволю тебе умереть, Руна. Не сейчас. Никогда – если пойму, как это сделать.
– Нет, не надо… – я начала сопротивляться, когда Дарро прижал свою руку к моим губам. – Дарро…
Едкий, опасный вкус его обжег мой язык.
С небес рухнула горячая, жестокая молния и ударила нас обоих безо всякого предупреждения. Мы дернулись и отпустили друг друга.
Кровь Дарро текла в озеро расплавленного золота. Смешивалась с моей кровью. И кое-что произошло.
То, чего не должно было случиться.
Из моей угасающей крови появилась темная, серебристая паутина – она пронзила землю и камень. Жизненная сила Дарро блестела темнотой и смертью – она впитывалась в землю, и та покрывалась трещинами, выпуская из недр едкое, дымное дыхание. И из этих дымящихся трещин вышли чудовища.