Я опустила плечи и наконец поняла, что сделала. И что сделал Дарро.
Стихии и звери пытались следовать нашим правилам… и не справились. Им больше не с чем было бороться. Незачем было вмешиваться.
Будущее невозможно было изменить.
Стоявшие за Салаком волки тоже заскулили. Один из самцов поменьше запрокинул голову и завыл – от жуткой песни его по коже разбежались мурашки.
– Салак? – спросил глубокий, так приятно знакомый мне голос. – Что такое? Почему все…
Дарро вышел из пещеры со сжатыми кулаками. Мышцы живота напряглись. Его дымчатые волосы спутались так же сильно, как в тот день, когда я его встретила. Щеки были побриты, а землянистого цвета кожа местами зеленела – будто бы он дрался с подрастающими волчатами. В глазах его мелькнули серебристые кольца. Взгляды наши встретились.
Я вздрогнула от невероятной силы его присутствия. Явыбрала его.
И наконец поняла, почему нам не суждено быть вместе… одновременно прекрасно понимая, что я всегда буду принадлежать ему.
Мне не стоило сюда приходить.
Я не должна была хотеть его из-за прошлого, которое так и не вспомнила до конца.
Я повела себя себялюбиво, возжелав его и плюнув на будущее, которое должна была спасти.
Но я не могла остановить изливающуюся из меня любовь: она сияла золотом и жемчужными звездами. Связывала нас вместе.
Пусть отношения наши запретны. Но мы сами так решили – и никто больше.
И вот она я, нарушаю закон.
Я вздрогнула: сердца наши снова забились в унисон.
Дарро втянул воздух сквозь зубы – он наверняка почувствовал, что связь наша починилась. Нам не нужны были для этого никакие кровавые клятвы или огненные церемонии.
В конце концов, мы не были смертными. Это я приняла.
Склонила голову перед этим знанием.
Воспоминания не вернулись ко мне до конца – столько всего еще было спрятано от меня. Но я приняла то, что была духом жизни и солнца, а Дарро был тенью смерти и темноты. И всю прошедшую неделю я скучала по нему… что доказывало, как сильно я испортила наши попытки сыграть в смертных. Сколько заплатили мы за эти урывки жизни.
«Дарро», – произнесла я в своем сердце, молча и правдиво.
Мне хотелось рассказать ему о том, о чем поведал мне Салак. О том, что я увидела.
Но… слова не слушались меня.
По щекам текли слезы. Дарро резко вдохнул, с легкостью спрыгнул вниз от входа в пещеру и понесся мне навстречу.
Он не произнес ни слова.
Он просто приближался – так быстро и яростно, что сердце мое громыхало и внутри все сжималось.
Дарро пронесся мимо Салака, не обратив внимания на стаю, которая наблюдала за ним своими жуткими желтыми глазами. Зарылся пальцами в мои волосы.