— Как думаешь, куда мы скачем?
— Я слышал, как сиры говорили: в именье графа Блэкмора.
— Граф Блэкмор — тот, что владеет городом Блэкмором?
— Ну, да. Потому так и зовется.
— Но это же сотня миль пути!
— Лейтенант тебе так и сказал.
— Но зачем ехать далеко? Вокруг полно вассалов — баронов всяких… Любой даст приют ее светлости!
Берк искоса глянул на приятеля.
— Джо, я вот слышал, как лейтенант назвал тебя дурачиной… Так вот, не обижайся, но мне иногда кажется, что он чуточку самую малость прав. Когда приарх не найдет тела Аланис под камнями Эвергарда — что он сделает, по-твоему?
— Отправит за нами своих головорезов. Мы могли бы устроить засаду и всех их покрошить. А не бежать, сломя голову, как зайцы!
— Отправит, непременно отправит. А еще что сделает?
— Ну, не знаю… Испугается?
— Точно. И со страху объявит себя правителем Альмеры. Разошлет письма вассалам: мол, герцог умер, я теперь герцог. А внизу такая маленькая приписочка: если встретите беженцев из Эвергарда, то передайте мне за награду. Чем знатнее человек, тем больше денег. Конечно, святоша не скажет, что Аланис жива — незачем ему об этом болтать. Но едва кто-то из вассалов увидит миледи, как тут же смекнет, что ее можно продать святоше этак за… — Берк прищурился, — тысяч сто эфесов.
— Продать? — ужаснулся Джоакин. — За сто тысяч⁈
— А сколько бы ты заплатил за власть над богатейшей землей?
Джоакин не нашел ответа.
— Так что, приятель, мы везем в карете весьма дорогую вещицу. И у всякого, кто об этом узнает, тут же зачешутся руки.
При слове «вещица» Джоакин вспомнил Хармона-торговца. Лицо исказилось от злости.
— По себе судишь⁈ В мире есть и благородные люди, не одни торгаши да продажные шкуры!
Берк примирительно развел руками:
— Да ладно тебе! За сто тысяч-то золотых я не стану нарываться. Нетушки. Вот за сотню — мог бы. А сто тысяч — такой кусок, которым легко подавиться. Если хочешь жить долго, нужно в еде меру знать. К тому же, я видел, чего стоят в бою эти альмерские рыцари… и что-то не больно охота связываться. Так что за меня будь спокоен: не позарюсь на твою миледи.
— То-то же!
— Но вот на счет «благородных людей» я бы не сильно обольщался… Думаешь, зачем мы едем в такую даль? Очевидь, там живет человек, которому миледи может довериться. А все, кто ближе, — не такие уж благородные.
— Вот жизнь!.. — ужаснулся Джоакин. — Чтобы встретить того, кому можешь доверять, нужно проехать сто миль! Что только творится в этой Альмере?.. Распустил старый герцог своих вассалов!
— А по мне, — ответил Берк, — если хоть за сто миль есть человек, кому всецело доверяешь, так это уже очень неплохо.