— Да-аа?.. А тысяча констеблей службы шерифа больше не занимаются такой ерундой, как поиск преступников? К тому же, с чего вы вообще взяли, что этот несчастный убит?
Ферфакс делает паузу, чтобы одарить темноволосого презрительным взглядом, потом машет рукой в сторону насыпи.
— Бедняга выпал из вагона и скатился сюда. Но насыпь не такая высокая, чтобы убиться при падении. Стало быть, он умер еще в поезде. А если смерть наступила в вагоне, то как тело оказалось в ручье⁈ — Ферфакс победно вздымает палец к небу. — Его убили, господин Марк, а затем выбросили из вагона. Вот единственное объяснение.
Мужчина при шпаге, названный Марком, убирает с лица малейшие признаки улыбки.
— Ладно, Ферфакс, я сформулирую так, что поймешь даже ты. Я служу в протекции. Наше единственное дело — обеспечивать безопасность его императорского величества. Мы не ловим преступников, не наказываем злодеев, не блюдем справедливость. Мы находим и убираем тех, кто угрожает Династии. Вот все. А теперь скажи-ка мне, Ферфакс, какую опасность для Короны представляет труп этого несчастного⁈
— Он был выброшен из вагона, — без промедления отвечает помощник шерифа. — Его величество трепетно относится к безопасности рельсовых дорог. А этот человек убит в поезде. Вы не можете пройти мимо такого! Его величество не простит вам подобной небрежности!
— Дурак ты, — бросает Марк. — Столица кишит шпиками и слугами альмерского предателя. Мы сбиваемся с ног, вылавливая их. Император в бешенстве: альмерец бежал, его шавки на свободе, суд не может состояться. А ты тратишь три часа моего времени, чтобы показать мертвеца в ручье⁈ Да плевать, выпал он из вагона, рухнул с дерева или грохнулся с луны! Это твое дело — установить причины смерти и найти убийцу. И только если убийца под пытками заикнется о Янмэй Милосердной — лишь тогда ты имеешь хоть какое-то право беспокоить меня! Идем отсюда, Рыжий.
Ферфакс кричит:
— Вы не можете так просто…
Но Марк уже шагает к карете. Рыжий — его помощник — нагоняет темноволосого и говорит:
— Постойте, чиф…
— Надоели дураки, — обрывает Марк. — А еще больше — лентяи. Люди шерифа не умеют ничего сложнее, чем ловить карманников на площади! Дергают нас, когда есть хоть малейший повод. Дело имперской важности — ну, конечно!
— Чиф, я хотел сказать, раз уж потратили время на дорогу, не взглянуть ли на тело? Хоть одним глазом — может, что увидим…
— Именно так я и поступал предыдущую дюжину раз.
— Позвольте, чиф, я сам погляжу. Всего пять минут! Прошу — просто подождите. А вдруг действительно что-то важное? Мало ли, как бывает… Все равно ведь приехали!