— Зачем?
— Я полагаю, ваше величество, Ориджин просто не умеет воевать иначе. Он не бывал в боях, не командовал людьми, весь его опыт — чтение книг. Потому делает то, что сказано в книге. Мудрая Река доказывает это. Мятежник имел прекрасную возможность разбить герцога Лабелина прежде, чем тот соберет войска. Любой опытный полководец использовал бы этот шанс… но не Ориджин. В угоду книге он ушел к морю — и упустил время.
Адриан рассеянно погладил рукоять Вечного Эфеса, кивнул генералу на соседнее кресло:
— Присядьте, Алексис… И скажите вот что. Мы считаем Эрвина зеленым юнцом. Вероятно, мы правы. Но если допустить хоть на минуту, что мы ошибаемся, а он умнее, чем показывает… Каков тогда смысл его действий? Почему он тянет время, почему не рвется на юг?
— Если допустить… Мне сложно поверить, ваше величество! Ориджин только и делал, что плясал на балах и путался с барышнями! Ни одной войны, ни одного боя, ни одних маневров…
— Но все же, генерал? Будь на его месте вы — чего бы вы добивались?
— Пытался бы выманить искровую пехоту в холмы на севере герцогства. Поставил бы ловушку. Разместил бы на холмах лучников и арбалетчиков, расстреливал бы искровиков с расстояния, используя реку или озеро как прикрытие.
— Тогда почему вы так рветесь в капкан?
Генерал решительно мотнул головой, даже на миг прикрыл глаза.
— Не верю, ваше величество. Мятежник не так хитер, чтобы построить ловушку. А если и сможет, то я распознаю капкан и избегу его. Я разобью Ориджина, вне всяких сомнений! Это всего лишь…
Адриан щелкнул пальцами — сухой звук кнута.
— Это всего лишь Ориджин, генерал! Каким бы ни был юнцом, повесой, интриганом, неженкой — он по-прежнему Ориджин! Если в детстве отец брал его на руки, то лишь для того, чтобы сын лучше рассмотрел турнир. Когда матушка читала ему на ночь, он слушал о победах своих предков. Если встревал в беседу взрослых — то была беседа о войне, если брал с полки книгу — то была книга о стратегии. Когда строил детский замок из кубиков, отец говорил: «Здесь и здесь у тебя слабые места», а когда расставлял на столе оловянных солдатиков, то слышал: «Плохой порядок, не выдержит удара конницы». Вы всерьез думаете, Алексис, что этот человек не умеет воевать?
Генерал хмуро свел брови:
— Он слабее нас, ваше величество.
— Сейчас — слабее. Но если мы хоть раз ошибемся, он не даст нам шанса исправить ошибку.
Серебряный Лис вздохнул и поднялся:
— Я понял, ваше величество. Но без нашей помощи Лабелин, скорее всего, падет. Это огромный город, полный людей. Не все из них так ненавидят Ориджина, как нам бы хотелось. Мятежник пополнит армию тысячами бойцов, а если перезимует в Лабелине, то еще и успеет натренировать их. Стоит ли медлить, владыка?