Это было странно. Мира не завтракала с Шейландами. За три месяца в обители она приучилась старательно исполнять все повинности, возложенные на послушниц: молиться шесть раз в сутки, спать на земле, обходиться одной свечой в день, произносить не больше пяти слов… Единственное, что давалось ей в последний день так же трудно, как и в первый — это раннее пробуждение. К утренней молитве полагалось вставать на рассвете. Девушка чудовищным усилием заставляла себя подняться, но проходило еще часа три прежде, чем она возвращалась из мира снов в мир живых. В Уэймаре никто не указывал, когда вставать, и Мира спала вдоволь, часов до десяти или даже одиннадцати. Граф и графиня, обремененные массой дел, спускались к завтраку в восемь, так что Мира не виделась с ними до обеда.
— Который час?
— Половина одиннадцатого, ваше высочество. Ее милость велела повременить с завтраком до вашего пробуждения.
— Премного благодарю. Передайте, что я немедленно спущусь.
Мира принялась одеваться с неспокойным сердцем. Иона Шейланд-Ориджин хочет меня увидеть? Чего хорошего ждать от встречи!..
Завтрак Северной Принцессы состоял из яйца всмятку и кусочка сыра, на десерт — красный апельсин, разрезанный в виде шестиконечной звезды. Впрочем, тщедушному тельцу Ионы и не требовалось больше. Белолицый граф поглощал блины с семгой, запивая квасом. Больше никого за столом не было — ни Мартина, ни старого Нортвуда, ни Эфа. Леди Иона начала:
— Говорят, что уста важнее слов. Похвала из недобрых уст больно ранит, а порицанье из любящих уст ложится мягче пера.
— Не спорю с этим, миледи.
— Три месяца под землею, в благостном и суровом заточении — необычная участь. Трудная и счастливая в одночасье, совершенствующая дух, но разъедающая душу. Я не смогла бы выбрать, леди Минерва, завидую ли вам, сострадаю ли… Но одно ясно: три месяца взяты прочь из вашей жизни, и вы остались в лете, а мир ушел в осень.
Граф Шейланд любезно потрудился перевести с ионического языка на человеческий:
— Моя дорогая супруга хочет сказать, что много событий случилось за это время, и о некоторых, самых значительных, вам просто необходимо узнать.
— Жду с нетерпением, милорд, — кивнула Мира, вежливо ожидая лжи.
О главных событиях она знала и сама: Айден Альмера наказан, осенняя Палата сорвана, северный щенок Эрвин поднял мятеж, Нортвуды примкнули к нему не без помощи любезного графа Шейланда. То, что последует, будет новой манипуляцией.
— Мы хотели сразу сообщить вам все новости, — продолжил граф, — но посоветовались и решили дождаться слов из тех уст, к которым вы охотнее прислушаетесь. Янмэй Милосердная сказала свое слово: сегодня пришел новый «Голос Короны».