Он говорит о книгах: какие предпочитает миледи? Мира перечисляет, он одобряет ее вкус. Вставляет пару замечаний о литературе. Мира думает: зачем вы позвали меня? Чего хотите добиться? И отвечает: вы так тонко подметили, граф, я постараюсь запомнить вашу мысль!..
А Уэймар, миледи, — пришелся ли он вам по нраву? Мира думает: я не видела Уэймара, граф. Все, что видела, — стены замка со внутренней их стороны. И говорит: к великому сожаленью, я провела мало времени в городе, но Инжи Прайс так ярко его описывал!..
Что думает миледи о новостях? Жизнь так переменчива и богата сюрпризами, не правда ли? О, да, — беззвучно отвечает Мира, — сюрприз на сюрпризе. Ориджины предают императора, Клыкастый Рыцарь — родного отца, Виттор Шейланд прислуживает изменникам и держит взаперти племянницу владыки… Она произносит: политика — скучнейший предмет для девушки. Я тоскую по столичным балам!..
Виттор бросает на нее взгляд, и Мира думает о себе: тупица. Когда Иона обхаживала Нортвудов, зачем я вмешивалась? Ясно было, что ничего не изменить! Однако раскрыла рот — и выдала свою позицию. Теперь граф будет предельно насторожен.
— Мне хотелось бы с вами кое-что прояснить, миледи.
— О чем вы, милорд? Разве между нами бытует непонимание?
— Нынче утром вы прочли о том, что случилось в Эвергарде. И высказались очень сдержано по этому поводу, а мне бы хотелось знать ваше мнение.
Хотите услышать, что я считаю Адриана кровожадным деспотом? Мне стоило бы это сказать утром… Сейчас — поздно. Не выйдет так, чтобы вы мне поверили.
— Я просто не нахожу слов, милорд. Слишком невероятна новость.
— Однако же, это реальность. И данная реальность вынуждает нас принять решение…
Мира изображает усмешку:
— Я — девушка, милорд! Ничего не хочу решать, а уж тем более — быть вынужденной.
Граф Виттор улыбается ей в ответ… на диво искренне.
— Знаете, с чего все началось у меня с леди Ионой?
Хм, полагаю, герцогу Десмонду понадобились деньги, и он осмотрел дом: нет ли чего ненужного на продажу?..
— Расскажите, милорд! Это так увлекательно.
— Мы беседовали с нею — вот как с вами, очень похоже. Я спрашивал о том, об этом, разные темы заводил. А леди Иона — вы же знаете ее, само благородство! — все отвечала согласно вежливости: да, милорд, нет, милорд. Говорила о разном, но всегда спокойно, без тени чувства, разве что с мягкой улыбкой. Тогда я сказал: как же вам холодно, миледи. Тут, в Первой Зиме. Она ответила: я привычна к морозу. Но улыбка стала чуть теплее. Я спросил: а хотите, я увезу вас? Она ответила: я — Ориджин, мое место здесь… А глаза блеснули.