— Я услышал, — ответил Орехов, хотя между нами ревела магическая буря. — Теперь уходи к остальным и не позволяй им получить второе подтверждение ценой твоей жизни. Эти люди пришли не за книгой, Максим. Им нужно было понять, проснулась ли она и кого выбрала проводником. Мы защищали стены, а они проверяли дверь.
Мужчина в плаще тоже услышал наш разговор. Он опустил руку, и его люди начали стягиваться к черному разлому, прикрывая отход зверями и оставшимися рыцарями. Однако отступление не походило на бегство. Они забирали раненых, уничтожали собственные артефакты и не оставляли на земле ничего, кроме тел. Темный рыцарь с расплавленной половиной доспеха занял место рядом с лидером, едва держась на ногах. Их операция заканчивалась именно так, как они планировали.
— Шестую не снимай! — крикнул мужчина в плаще, обращаясь к Орехову почти дружески. — Ты можешь убить нас, но тогда вместе с нами погибнет половина твоей Академии. Подкрепление не успело, защитный контур разрушен, а студенты до сих пор внутри радиуса. Ты уже проиграл тот выбор, который отрицал. Остановись и сохрани хотя бы то, что осталось.
Орехов посмотрел на восточный корпус, где в разбитых окнах мелькали лица студентов. Потом его взгляд прошел по телам преподавателей, остановился на Егоре и на мгновение стал человеческим. Пятая печать продолжала гореть, прожигая форму и кожу вокруг нее. Ректор поднял ладонь к шестой, но пальцы замерли в нескольких сантиметрах. Враг оказался прав: следующая ступень силы превратит каждого из нас в часть поля боя.
Над Академией раздался новый звук, не похожий ни на тревогу, ни на удар Потока. Он был чистым и ровным, будто огромный клинок провели по краю стеклянного неба. Облака над двором разошлись, образовав идеальный круг, а в центре вспыхнула золотая точка. Она расширилась до портала, окруженного императорскими рунами, и вниз ударил столб белого света. Из него одновременно шагнули двенадцать людей в тяжелых доспехах.
Они приземлились на одно колено по окружности двора, каждый на одинаковом расстоянии от следующего. Их мечи вошли в камень, и между клинками мгновенно протянулись линии яркого синего света. Давление пятой печати отступило от корпусов, словно наткнулось на невидимую стену, а весь удар ушел вниз, в фундамент Академии. Студенты за окнами перестали падать на колени и смогли поднять головы. Лавров оказался прав: это был не обычный щит. Двенадцать рыцарей приняли силу Орехова собственными телами и замкнули ее в землю.
Последним из портала вышел Кассий. На нем не было доспехов, только длинный темный мундир с золотой цепью канцлера, но вокруг него пространство оставалось неподвижным даже внутри магической бури. Он окинул взглядом разрушенный двор, задержался на теле Егора, на окровавленной лестнице и на Орехове. Ни удивления, ни гнева на его лице не появилось. Только холодный расчет человека, который за один взгляд успел понять больше, чем я за весь бой.