Чужое старое белье. Боже… Боже! Франк! Такая беззащитная, хрупкая, и заходящаяся от волнения. Зажатая между книжным стеллажом и моим телом. Возбуждение! Такое, какого я никогда не испытывал! — Что ты делаешь? — пискнула она, зажмурившись, когда я ласкал ее между ног. О, да! Я отлично знал, что делал. А она-то как раз ни черта! Неопытная девчонка. «Детка» — вот почему Келли так ее называл. Вот почему он бесился, что у него не было шансов лишить ее невинности. Этот монстр мечтал «наказывать» Франк всю ночь. Её-то? Келли либо извращенец и конченый псих, либо просто врал, чтобы досадить мне. «Гризли». Ее поцелуи и движения тела. Моя убежденность в том, что Франк — огонь, львица. Кричащие наряды, уверенная манера держаться, дерзость и талант крутить парнями. Лицемерка. Воображала! Все эти ее пошлые шуточки, намеки — лишь прикрытие. Трусиха. А ведь еще меня попрекала… Школьные легенды. Баба-приз, нимфетка, вуду и привороты — всё брехня! Испуганная девчонка, затянутая внизу живота в тугой узел. Я планировал брать Франк жестко, на высоких скоростях. Слишком много чувств, слишком большое желание показать звериное нутро. Планы поменялись. Медленно и аккуратно развязать тот узелок. Чтобы маленькая стервозная ведьма именно со мной узнала, что такое физическое наслаждение. Прикосновения. Я ласкал ее снаружи, затем — проникновение пальцев внутрь. Теплая, узкая, влажная. Франк не простонала, а скорее шумно вздохнула. Разрумяненные щеки. Её стыдливость от того, что кто-то делает с ней такие вещи. Я дал ей немного прийти в себя. Остановился, чтобы целовать. Губы, шея, грудь, живот. Её кожа покрылась смешными мурашками. Она пыталась притянуть к себе обратно, наверх, наверное, думая, что я собираюсь… Оральный секс. Черт! Такие утехи для более искушенных, раскрепощенных девушек. Франк бы горела от стыда. Я приказал ей развернуться ко мне спиной. Задранный подол желтого платья. Её классная, загорелая попа с тонкой белой линией от трусиков-стрингов. Франк вцепилась в полки, когда я потерся ширинкой о ее упругие ягодицы. Азарт. Стратегия вместо похоти и неистовства. Нереальный кайф от наблюдения за ней и исследования её обалденного тела. Вибрирующие движения пальцев. Одновременно внутри и снаружи. Франк начала тихо постанывать. Затем запрокинула голову, выгнулась и отклячила попу. Ее сложный морской узелок потихоньку начал развязываться. Я желал иметь какую-то кнопку, чтобы отключить комплексы, страхи в ее голове. Но, увы, такую кнопочку надо было еще нащупать в темноте. Возбуждение.