В зале повисла ледяная тишина. Настя почувствовала, как в груди поднимается волна обиды и злости. После всего, что она сделала ради дворца, ради Дариана, её теперь обвиняют в измене?

— Это ложь! — голос её дрожал, но она не позволила себе опустить глаза. — Я рисковала жизнью, чтобы спасти вас всех!

Советник смерил её холодным взглядом.

— У нас есть свидетель, который видел, как вы передавали письмо Мире, — сказал он, и в голосе звучало удовлетворение. — И ещё — вы слишком часто появляетесь в местах, где вам быть не положено.

Настя сжала кулаки. Она вспомнила, как прошлой ночью передала Дариану свёрток с печатью — тот самый, который был у Миры. Значит, кто-то видел это и решил использовать против неё.

— Это была улика против настоящих заговорщиков! — воскликнула Настя. — Я принесла её лично принцу!

Но Дариан молчал. Он стоял, опустив голову, не встречаясь с ней взглядом. Его молчание было хуже всяких обвинений. В груди у Насти всё сжалось — неужели он тоже сомневается в ней?

— Дариан… — прошептала она, — ты же знаешь меня. Разве ты не веришь мне?

Он поднял глаза. В них плескались усталость и боль.

— Я хочу верить, Настя, — тихо сказал он. — Но слишком много совпадений, слишком много улик. Я обязан выяснить правду.

Обида захлестнула Настю с новой силой. Она смотрела на того, кому доверяла больше всех, и чувствовала, как между ними вырастает стена.

— После всего, что я сделала… — прошептала она, и в голосе прозвучала горечь. — Я спасла тебе жизнь, а теперь ты стоишь здесь и сомневаешься во мне?

— Это не только моя судьба, — сказал Дариан, — это судьба всего королевства. Я не могу позволить себе ошибиться.

Настя отвернулась, чтобы он не видел слёз. Она сжала амулет в руке так крепко, что ногти впились в ладонь. Злость и отчаяние боролись внутри неё.

— Пусть будет суд, — сказала она, обернувшись. — Я докажу свою невиновность. Но если ты не веришь мне сейчас — не жди, что я буду доверять тебе потом.

В зале раздался ропот. Советник удовлетворённо улыбался. Настя выпрямилась и вышла, не оглядываясь. Она чувствовала себя преданной — и не только дворцом, но и тем, кто был ей дороже всех.

В коридоре она остановилась, чтобы перевести дыхание. К ней подбежала Лиара, глаза её были полны тревоги.

— Настя, ты не одна, — шепнула она. — Мы докажем, что ты невиновна. Я с тобой.

Настя кивнула, сдерживая слёзы. Она знала: впереди — тяжёлое испытание.

Время до суда тянулось мучительно медленно. Настя не могла найти себе места — злость и обида не отпускали, а в душе копилась тяжёлая усталость. Она пыталась вспомнить каждую мелочь, каждое своё действие за последние дни, чтобы понять, кто и как мог повернуть всё против неё.