Фонд этот основали в начале века, когда после великой войны представители тридцати выдающихся магических родов по всему миру. И назначением фонда было приглядывать за обстановкой в мире, там, где иначе нельзя — вмешиваться и решать разные вопросы, и поддерживать магов в мире простецов. Скажем, Магический легион, не подотчётный ни одному правительству, и даже Организации Всемирного Прогресса не подотчётный, финансировался главным образом именно сообществом магов. И такие вот вопросы, когда после смерти франкийского мага-преступника осталось приметное состояние, и нужно им распорядиться, решало как раз франкийское отделение Фонда.
За столом сидели и смотрели друг на друга его высочество Шарль де Роган, крупнейший магопромышленник, герцог Шарль-Валентин де Вьевилль, генерал в отставке, граф Леонар де ла Мотт, профессор, маркиз Кристоф де Риньи, генерал в отставке, отец нынешнего командующего, и граф Жан-Александр де Саваж, профессор, декан факультета некромантии. Саважу пришлось изложить всю историю от появления в его жизни Ришара Маро по прозванию Кусачка до заседания парламента по закону Бурже. Маро знали все, кто имел отношение к Легиону, о Бурже услышали главным образом в связи с новым законом, а о скандале в семье Тьерселенов знали примерно все, и о криминальной карьере выходца из этой семьи тоже знали — до определённого момента, потому что последние лет двадцать он не светился нигде и никак. Видимо, копил силы для рывка, в котором не преуспел.
И что же? Оказалось, что на наследство Пти Мартена уже претендует Луи Тьерселен — младший брат покойного, нынешний глава фамилии. Извините, нет, по этому вопросу разногласий не было. Если вы изгнали кого-то из дома и потом за всю жизнь не сделали попыток примириться, то и нажитым без вас наследством распоряжаться не вам.
— Может быть, нам нужно получше вложиться в магическое образование, чтобы хотя бы маги творили меньше глупостей? — спросил де ла Мотт.
— Может быть, — согласился Шарль де Роган. — Как вы это себе представляете?
— Основать уже, наконец, школу или колледж при Академии.
— Школу — хорошо, но кто ж вам даст? Снова будут кричать, что маги воспитываются в изоляции, среди себе подобных, и не знают жизни и законов общества и государства, — грустно усмехнулся Вьевилль, он был из них всех старшим и повидал достаточно.
— Тогда хотя бы колледж. Против профильного магического образования пока не возражают.
— Значит, колледж. Нет, именную стипендию Пти Мартена учреждать не будем, просто поищем здание, посмотрим, в каком оно состоянии и что нужно, чтобы хотя бы через год запустить учебный процесс, — сказал Саваж.