* * *
Андрей Николаевич приехал к школе задолго до начала уроков. И зря, так как тот, кого он ждал, появился только ко второму уроку.
Тимоха. Горохов узнал его по походке, он ходил, едва заметно подпрыгивая на каждом шаге, такой походки у потомственного казака быть не должно, они всю жизнь по песку ходят. Почему Тимофей стал так ходить — непонятно. Раньше все дети ходили в очках и респираторах, таких же, как и у взрослых, только раскрашенных. Теперь же большинство детей, что проходили перед ним, идя в школу, носили раскрашенные маски. Но даже в маске он узнал младшего сына Самары. Тот шёл с каким-то парнем и девочкой его возраста, видно, они вместе прогуляли первый урок.
— Тимоха! — окликнул мальчишку Андрей Николаевич, не слезая с мотоцикла.
Да, это был он; трое ребят остановились, все уставились на него, и Тимка спросил:
— Чего?
— Поди сюда, разговор есть.
Но Тимофей сразу не пошёл, а поинтересовался без особого любопытства:
— А ты кто?
— Михась меня звать. Я приехал в город по делам, Ходи-Нога просил меня к вам заскочить, вас проведать, — отзывается Андрей Николаевич.
Кажется, друзей Тимофея прозвище Ходи-Нога повеселило — они переглянулись, — но не его самого; мальчишка, повесив голову, пошёл к незнакомцу, а подойдя, спросил не очень-то вежливо:
— Ну, чего?
— В степи родственники интересуются, как вы тут.
— Да нормально мы, — бурчит Тимофей. И понимая, что этой отговоркой он не отделается, добавляет: — Да хорошо всё у нас, вот, — он кивает на школу. — учусь.
— Со второго урока? — уточняет Горохов. И тут же произносит: — Ладно, то не моё дело. Брат твой, Митяй, как он?
— Да нормально.
— У тебя, как я погляжу, всё нормально… А по-человечески сказать можешь? Что он делает? Учится или работать пошёл?
— Работу ищет, мотоцикл купить хочет и в охотники уйти.
— А инженер что?
— Да в командировке где-то… — нехотя продолжает парень. Видно, он не хочет какому-то чужаку говорить, что инженер уже давно не появлялся дома. Он делает всё правильно.
— А баба его, она вас хоть кормит?
— Кормит, кормит, — уверяет Тимофей. — Да всё нормально у нас.
— Ладно, атаман инженеру передал кое-что, деньги на вас. Где она сейчас, дома? Я ей отдать их хочу.
Горохов достаёт сигареты, предлагает Тимохе: у казаков в его возрасте мальчишки уже курят. Тот, конечно же, берёт из пачки одну.
Андрей Николаевич достаёт зажигалку, и они закуривают, Тима чуть сдвигает свою маску. Курит привычно, уже по-взрослому, и говорит спокойно:
— Да мне давай, я ей передам.
— Тебе? Ага, сейчас, — не верит ему Горохов. — Атаман сказал отдать инженеру или бабе его. Так где она? Дома или нет?