— Фары выключи, — сразу напоминает ему Аким. И тот выключает свет. Месяц ещё не поднялся, но разглядеть чёрные махины барханов уже можно без затруднений. Проводник включает вторую передачу и не спеша едет. Горохов отодвигается от Оглы в самый конец дивана, практически облокачивается на дверь, опускает оружие на диван, стволом в сторону водителя. Если что… ему нужно будет просто поднять ствол… Проводник бросает на него взгляд и всё понимает, а потом спрашивает:
— Так куда едем?
— Я же сказал: на восток, — отвечает бывший оперуполномоченный — и тут же задаёт свой вопрос: — Эти черти называли тебя привратником. Что это значит?
— Какие черти? — не понимает Аяз. Он не отрывает взгляда от дороги.
— Те, в здании… Чёрные, длинноголовые… — поясняет Андрей Николаевич. И так как проводник после этого ничего не отвечает, он повторяет: — Что значит «привратник»?
— Не знаю; откуда я знаю, как они там кого называют, — отвечает Оглы.
— Ты не знаешь, а вот они тебя знают, — и опять проводник молчит. И тогда Горохов снова спрашивает: — Ты ведь служишь этим тварям из здания?
И тут вдруг проводник говорит ему:
— Я служу будущему.
«Ах вот оно что? Это звучит как пароль».
— Ты из Обители, что ли? — догадывается бывший оперуполномоченный. Но он думает, что Оглы ему врёт.
— Да, я последователь нашего пророка. Всеблагого, — говорит Аяз.
Вот только кое-что не сходится в этом заявлении с тем, что говорил о нём Шубу-Ухай.
— Странно, ты служишь Обители, а тебя ищут люди из этой самой Обители. Ищут и готовы всю степь перерыть, чтобы тебя найти.
— Кто это меня ищет из Обители? — теперь Аяз даже оторвал взгляд от дороги.
— Иван, — отвечает ему Горохов.
Проводник снова бросает на него взгляд.
Глава 4
— Что? — продолжает Андрей Николаевич. — Ты не знал, что ли, что тебя ищет Иван? — но вопрос этот был скорее для продолжения допроса, уже по взгляду проводника было ясно: он знал, что его ищет какой-то Иван, мало того, Оглы прекрасно знал, кто такой этот Иван. И Аяз наконец произносит:
— Я знал, что он меня ищет.
— Ну тогда мне непонятно… — продолжает бывший уполномоченный. — Иван из Обители, ты тоже служишь в той же организации… Чего это ему тебя искать? Зачем?
А этот урод… снова молчит. Таращится на дорогу и просто крутит баранку. Словно никакого вопроса и не было. Отвратительная тактика. Это начинает раздражать Андрея Николаевича.
«Оглы всё ещё не понимает, с кем имеет дело…».
И тогда Горохов придвигается к водителю чуть ближе, он уже думает ударить этого упрямого, как варан, человека, стволом револьвера по голове… Но ствол калёный, оружие тяжёлое, с углами, оно непременно рассечёт дураку башку, а это кровь в кабине, она перепачкает руль, рычаг передачи, диван… И поэтому Горохов бьёт Аяза под правую руку, но выше печени, бьёт с размаха, довольно сильно…