Вырезка говяжья 3,45 кг, язык говяжий 1,76 кг, лососина малосольная 0,757 кг, судак свежий 3,94 кг, кофе растворимый 2 банки, консервы (икра красная, икра осетровая, крабы, шпроты, лосось, томаты, всего 10 банок), конфеты «Ассорти».
А те заказы, что выделялись раз в месяц, были совсем скудные – сплошные «завтраки туриста», сайра в консервах, другая рыбная мелюзга и изредка болгарские консервированные овощи типа не очень съедобного лечо. Но количество – это ж на один укус и одному человеку! А если семья? А где масло сливочное и растительное? А хоть парочка заветных баночек майонеза? А гречка и хоть немножечко докторской колбасы? А свежие овощи, не говоря уже о фруктах? Хорошо, что продовольственный был напротив, и Катя могла, гуляючи с ребенком, постоять на улице в очереди, если давали, скажем, масло или еще какой деликатес. Однажды два с половиной часа ждала с коляской и с написанным на руке номером. Митька, бедный, извелся весь, ему и «гулянье» это в очереди уже надоело, он хотел срочно есть и домой, да и время пришло, надо было хоть пеленки поменять, сопрел весь. Но все равно выстояли, два заветных кусочка масла получили. В общем, жизнь была в борьбе, в засадах, в охоте…
Но для своих оставшихся на плаву девочек Лидка обязательно старалась приготовить что-нибудь из прошлой жизни, пусть приблизительно. С лепешками проблем не возникало, на лепешки продуктов всегда хватало, а это уже полдела, можно и ими наесться. А вот с любимым всеми форшмаком было все не так просто. Те ничтожные граммы сливочного масла, которые необходимо класть для правильной консистенции, урвать было неоткуда, даже когда масло спокойно лежало в холодильнике. Оно семье требовалось чистым, голеньким, а не закамуфлированным под закуску – ребенку нужно было для растущего организма в кашку положить, Робочке с его язвой на хлеб намазать. А тут, видите ли, в форшмак его! В закуску к водке! Но Лидка все равно экономила, как могла припрятывала. Заначка была всегда! Она, заначка эта, до поры до времени неприхотливо покоилась в морозильнике, составленная, как мозаика, из мелких, грамм по пять-десять, сливочномаслянных кусочков, отрезанных в разное время от больших, – эдакий оброк, который необходимо было внести в счет казны.
– Лидок, как же у тебя форшмак получается! Гениально! Как в лучших домах Лондо́на! Просто пэсня! – Принц уплетал невзрачного цвета закуску за обе щеки. Вид у форшмака был и вправду неказистый: рыхлая светло-серая масса с белыми вкраплениями рубленых яиц выглядела не слишком аппетитно, но вкусом будоражила на языке всё, что можно было будоражить, вдруг задействовав те отдаленные области, которые до тех пор находились в состоянии ожидания чего-то волшебного. – К нему даже водка необязательна!