Эрик тут же завалился на кровать, закинув руки за голову. Потянулся с таким блаженным видом, будто приехал на курорт Горькие Воды. Вейн деловито стелил постель. Я присела на край тюфяка, вытянув ноги.
— Какое убожество, — выдавила Элейн.
Она с отвращением осматривала наше временное пристанище.
— Могло быть хуже, — подбодрил Майлз.
— Хуже? — изогнула брови Лейн.
— Ну да, — примирительно улыбнулся он. — Нас могли заставить ночевать прямо на земле под открытым небом, а так у нас хотя бы есть крыша над головой.
Элейн мимолетно улыбнулась, вынужденная согласиться. Таисия меж тем разглядывала нашу новую форму.
— Что-то вроде комбинезона, — сказала она и продемонстрировала его, приподняв за плечи.
Действительно комбинезон. Расстегивается посередине, половинки скрепляются магией, как китель Райдера. В воротник-стойку вделаны камешки-артефакты. Предполагаю, чтобы сделать комбинезон самоочищающимся: стирать одежду здесь негде. Я потрогала свой, перекинутый через спинку кровати. Мягкий, тонкий, на ощупь как кожа. Форму заготовили заранее и не мы должны были надеть ее, а дети простолюдинов. О отец, если бы ты знал, что готовишь игры для собственной дочери, остановился бы ты тогда?
— Цвет какой-то неприятный, — прошептала Тис.
— Чтобы крови было не видно, — ответил Майлз.
Мы невесело переглянулись. Вокруг нас копошились уставшие однокурсники, кто-то расстилал простыни, кто-то уже храпел, закинув на кровать ноги в грязных ботинках.
— Переодеться! — закричал наш горластый сопровождающий — как же он достал.
— Но… — Таисия прижала к груди комбинезон и круглыми глазами уставилась на парней. — Как? Прямо при мальчиках?
Возможно, спустя неделю игр мы и потеряем всякий стыд и нам будет плевать на все, кроме собственной жизни, но пока мы еще не превратились в бесполых существ.
— Так, парни, все на выход! — заорал Эрик, подскакивая с кровати.
Он развил бурную деятельность: расталкивал тех, кто уже отрубился, выпихивал на улицу. Парни бурчали, но никто не сопротивлялся. Сонные, они мечтали лишь о том, чтобы поскорее лечь отдыхать.
— Куда старую одежду? — доверчиво спросила Таисия у мужлана.
Эта наивность и доброта в ее глазах разбивала мне сердце. Тис такая нежная, во всех готова видеть друзей, даже в этом злобном ублюдке.
— В костер. Больше не понадобится.
Оставшиеся в бараке девушки поспешно переоделись, стыдливо отворачиваясь от окон. Следует признать, игровая форма оказалась удобной. Она села ровно по фигуре, нигде не давила, не натирала и, несмотря на то, что была тонкой, согрела быстрее шерстяного одеяла.