— Вряд ли забыли, — саркастически хмыкнул Майлз. — Просто дали выспаться перед испытанием.

Похоже на правду. Значит, мы выйдем на арену не разбитыми после долгой дороги и ночной тренировки, и шансов уцелеть будет больше. Я потянулась и с удовлетворением ощутила, что хотя плечи, спина и руки болезненно ныли, но не критично. Однако лучше размяться, как мы вчера договаривались. Почему нас не будят?

— Подъем! — А вот и надзиратель, легок на помине. — Через десять минут все должны построиться у выхода!

— Эрик! — позвала я. — Десять минут.

Впрочем, в этом не было необходимости: мой друг уже стоял на ногах и стягивал одеяло с безмятежно дрыхнущего Вейна. Какая же крепкая психика у нашего Вейна: спит сном младенца! Остается только позавидовать.

Через минуту взлохмаченные, помятые от сна студенты стояли у своих кроватей. Никто не спорил и не бурчал, даже невыносимый Нейс.

— С носка на пятку! — командовал Эрик. — Давайте, это несложно.

Из Эрика, пожалуй, получился бы отличный боевой маг. Да он ведь и происходит из семьи высокопоставленных военнослужащих, не настолько именитых, чтобы входить в военный совет, но его отец, кажется, подполковник, командует частью на юго-востоке Невериона. Командовал… Никто не знает, что сейчас с семьями игроков.

Вейну тяжело было выполнять даже легкие упражнения, но я надеялась, что природная сила и выносливость не подведут его на арене.

Через десять минут наш отряд — буду так нас называть — построился вдоль стены барака. Из соседних приземистых строений выбирались сонные студенты, они не догадались с утра разогреться.

— За мной! Умываться и на завтрак! — рявкнул надзиратель.

— Нам не дадут принять душ? — сдержанно спросила Элейн.

Вчера мы лишь издалека поглядели на ряд душевых кабинок, но ополоснуться не удалось. Я, как и остальные девочки, надеялась, что утром нам все же позволят освежиться.

— После игр! — бросил мрачный тип.

Даже думать не хотелось, в каком мы будем состоянии после сегодняшнего испытания и сможем ли добраться до душевых кабинок.

Под полотняным навесом, не спасающим от холодного ветра, нас ожидали накрытые столы. Каша, как она надоела! Спасибо, не перловка, а рисовая. В честь начала Жатвы, не иначе, каждому из нас поставили стаканы с настоящим крепким чаем, а не с желтоватой бурдой, и положили ломтик белого хлеба с маслом. Я откусила кусочек: м-м-м, как же вкусно, вкуснее любого пирожного.

«Вдруг это моя последняя трапеза?» — кольнула мысль, но я усилием воли отбросила ее и сосредоточилась на еде.

Времени у нас немного. В стенах Арканум Розендорф на завтрак отводили полчаса, а сейчас лучше рассчитывать минут на двадцать от силы. Надо успеть поговорить с Альденом и Кираном. Я бодро жевала кашу и рыскала взглядом по соседнему столу. Вон он, Альден, сидит в самом начале — широкоплечий парень со спокойным лицом. Я плохо помнила, как выглядит Киран, и в любом случае лучше разделиться: так быстрее.