— Ну вот, — прорычал Нарр, приподнимаясь на локтях, чтобы не раздавить меня окончательно. — Поздравляю. Теперь мы оба в карцере будем гнить. Я – за нападение на участницу королевских смотрин, ты – за… Вообще за всё.
— Я-то за что? Это ты на меня напал! С разбегу! Как дикий кабан на драгоценную поляну с трюфелями! — фыркнула я, пытаясь вытолкнуть из-под своей попы мужскую руку – как она там оказалась?
— Дикий кабан? А ты – драгоценная поляна, которая только что металась, пытаясь поймать невидимую для всех сумку у себя под юбкой? — губы Нарра растянула усмешка, и он ещё чуть-чуть приподнялся.
Теперь его глаза оказались прямо перед моими. Смотрели в упор и так странно, что мне вдруг сделалось жарко.
— Она не невидимая! Она вот здесь! — буркнула я, отводя глаза. Попыталась ткнуть пальцем куда-то между нами, но ткнула ему в грудь. Очень твёрдую грудь. — И сумка сейчас расплющилась, как оладушек. И я тоже! Слезай с меня, пока я не задохнулась!
— Задохнулась? — повторил Нарр хрипло.
— Да! Слезай! — взвизгнула я и в унисон мне, рядом раздались истеричные причитания достопочтенной Доротеи:
— Что же вы наделали, господин дракон! Нельзя, нельзя с воспитанницей на газоне лежать! Теперь вам придётся жениться на Милославич!
Мы с Нарром в ужасе посмотрели друг на друга и в один голос выпалили:
— Нет, только не это!
30
30
Или это я выпалила, а он скромно промолчал?
— Да как же «нет», если вы лежите?! Не положено, а вы легли! — продолжала верещать достопочтенная Доротея.
— Слезь с меня, безобразник! Или, правда, придётся за тебя замуж идти! — рявкнула я Нарру в лицо.
— А то ты не хочешь? — ухмыльнулся он нагло. И, прежде чем я успела возмутиться и сказать, что ни разу, ни в каком месте не хочу, одним движением оказался на ногах.
— Видите, достопочтенная, никто не лежит. Вам показалось, — объявил жизнерадостно.
— Да как же показалось, когда я видела?! — не согласилась Доротея.
— Иллюзия. Коллизии невыспавшегося мозга.
«Ты смотри, как умно загибает!», — проворчала я про себя. Перекатилась на живот, кое-как встала на четвереньки и попыталась выпрямиться. Тело почему-то сопротивлялось, так и норовило завалиться обратно на травку. Что за ерунда, ощущение, будто земля примагничивает к себе.
— Аполлинария, давай помогу! — прозвучали в унисон два девичьих голоса. Меня с обеих сторон подхватили под руки и ловко поставили на ноги.
— Спасибо, девочки, — поблагодарила я Женезин и Камиллу, в очередной раз пришедших мне на помощь. Ну золотые же девчонки! Пусть провиде́ние пошлёт им хороших мужей!
— Как вы, леди? — следом раздался низкий мужской голос, а второй, повыше, но с приятной хрипотцой, поинтересовался: — Вы не ушиблись?