Тот самый голос, что сейчас разговаривал рядом со мной!
В ладонь что-то ощутимо кольнуло. Я опустила взгляд на свою руку и едва не заорала от ужаса – рука была не моя! Вообще не моя! И перчатка на ней тоже не моя – я таких кружевных, с обрезанными пальцами сроду не носила.
И эта рука сжимала в пальцах изящную серебряную заколку…
6
6
Я потрясла головой, уверенная, что у меня глюки. Но нет, рука не изменилась, и заколка из неё не исчезла. Мало того, пальцы сами собой сжались, пряча украшение в ладони.
Вообще ничего не понимаю!
Наклонив голову, я начала рассматривать остальное тело, к которому была прикреплена не моя рука.
Беглый осмотр показал, что было оно довольно худым, весьма плоским в районе декольте, и облачено в длинное платье мышиного цвета. Фасон наряда был родом будто из девятнадцатого века и напоминал униформу. Из-под перемазанного травой подола торчали тощие ноги в рыжих кожаных сапожках со сбитыми носами. Ноги эти, судя по всему, теперь тоже были моими. На руках, как я уже говорила, красовались кружевные митенки, все в травинках и земле. На плечо мне свешивалась прядь волос огненно-рыжего цвета – очевидно, теперь я гнедой – или как это называется? – масти.
Так, если это не глюк, то я очутилась в чужом теле. Видимо, в теле той самой Аполлинарии, что не хотела идти на смотрины…
— Леди, вы можете встать? — отвлек меня от размышлений вопрос. Я вскинула голову и принялась рассматривать склонившихся надо мной мужчину и женщину.
Женщина выглядела лет на сорок-сорок пять. Была низенькой, весьма полненькой и вид имела крайне беспокойный. У нее были внушительного размера бюст и пышная талия, обтянутые светло-голубым платьем того же фасона, что было на моём тельце. Щёки у женщины были румяные и такие объёмные, что буквально подпирали нижние веки, превращая глаза в щёлочки. Белёсого оттенка волосы она тщательно зачесала назад и собрала в тугой кукиш на макушке.
Ещё женщина всё время хрустела пальцами и смотрела на меня с откровенной злобой, если не сказать – с ненавистью. Интересно, что могла эта Аполлинария натворить, чтобы её так недолюбливать?
Решив отложить этот вопрос на потом, я перевела взгляд на мужчину и не прогадала. Мужчина был – ах, ох и вжух! Не особо люблю блондинов – слишком они блёклые и женственные, на мой взгляд. Но только не этот!
Волосы у мужчины были светлые, да, но совсем его не портили. Наоборот, подчёркивали волевое, словно у викинга, лицо. У него был породистый прямой нос, высокий лоб, сейчас нахмуренный, и острые скулы. Ещё у мужчины имелся недовольно сжатый рот и яркие голубые глаза, внимательно меня рассматривающие.