— Что же вы такой неловкий, господин Нарр? — посетовала, когда он не сразу, но выпустил меня.
Он недоуменно развёл руками и вернулся к окну. Нажал на другой камень сбоку от оконного проёма, и решётка так же бесшумно вернулась на место. Как раз вовремя – в этот момент из-за кустов сирени вышли королева и мэтра директриса.
Мы с Нарром замерли. Он стоял, прижавшись к стене с одной стороны от окна. Я, стараясь дышать как можно реже, отпрянула к другой стене. Прикрылась шторкой с рюшами, и знаками показала Нарру сделать то же самое. Конечно, если дамочки заглянут в окно, они всё равно нас увидят, но хоть какая-то маскировка!
Тем временем королева и Трюфель Шнобель подошли вплотную к окну и… Заговорили на каком-то языке, которого я не понимала. Вообще ни одного слова знакомого не услышала! Только и разобрала своё имя – Аполлинария.
24
24
Ну, как так, а?! Явно про меня говорят, а я ни слова не понимаю!
Зато господин дракон, кажется, всё понимал. Во всяком случае, чем дольше тётки говорили, тем более сосредоточенным делалось у Нарра лицо. Ладно, спрошу потом у него, о чём дамы болтали, а пока принялась мечтать о содержимом сумки на его плече.
К счастью, королева и директриса не стали задерживаться. Почирикали ещё немного на тарабарском языке и ушли. Только когда стихли их голоса, я сообразила, что стояла всё это время, почти не дыша. С шумом выпустила из себя воздух – ура, меня не поймали!
— Ну вот, — раздался спокойный голос Нарра. Он отошёл от окна, отряхивая рукав. — Сказал же, не волнуйся.
Я посмотрела на его ухмыляющееся самодовольное лицо, и во мне что-то сорвалось.
— Не волнуйся? — прошипела я, наступая на него. — Я чуть не умерла от страха! Вы чуть не подставили меня под ещё большие неприятности! И что это вообще было? Как вы узнали про этот потайной механизм? Вы что, заранее все высматривали? Готовили путь для проникновения в мою комнату?
Он смотрел на мой гнев с каким-то непонятным удовольствием.
— Я же шпион, — пожал он плечами и растянул рот в издевательской улыбке. Важным тоном заявил: — Мы обязаны знать такие вещи. Особенно в местах, где полно интересных личностей, Аполлинария Милославич.
Его взгляд снова стал изучающим и тяжёлым. Прошёлся по мне, за несколько секунд просканировав чуть не до печенки, и неспешно переместился на обстановку в комнате.
— Значит, это твоё нынешнее обиталище, Аполинария? Уютно... И похоже, у тебя тут целая сеть сообщников. Эти две девицы… Они часто навещают тебя с запрещёнными передачами?
Мое негодование мгновенно сменилось настороженностью.