Я провел рукой по челюсти.
— Я не говорил, что ты над ней смеешься. Просто она может воспринять это именно так.
Когда несколько месяцев назад девочек держали под прицелом, Адди попыталась увести Берди и Сейдж в безопасное место, и в процессе по ней стреляли. Она сильно упала и получила тяжелое сотрясение. В Хэдли попали, и она провела в больнице несколько недель. Были дни, когда мы не знали, выживет ли она.
Я несколько раз моргнул, пытаясь стереть из памяти образ Хэдли на той больничной койке.
Выражение лица Хэдли смягчилось.
— Ты пытаешься ее защитить.
Я прочистил горло.
— Я никого не защищаю. Просто ставлю тебя в известность.
Хэдли немного помолчала, пока я заставлял себя снова начать есть.
— Почему ты вернулся?
От ее вопроса я подавился куском сэндвича и потянулся за водой, чтобы протолкнуть его.
— Тебя подстрелили, если ты забыла.
— Я это знаю. Но ты мог просто приехать навестить. Ты любил свою работу. То есть я понимаю, она была невероятно тяжелой, но знаю, что и смысл в ней был огромный.
В голове вспыхнули обрывки воспоминаний: чей-то крик, чтобы все ложились на пол, плач ребенка, слишком много крови.
Я едва заметно покачал головой, пытаясь отогнать демонов.
— Я был готов к переменам. Такие медицинские миссии быстро выжигают дотла.
Хэдли внимательно меня изучала и некоторое время ничего не говорила.
— Ты же знаешь, я рядом, если когда-нибудь захочешь поговорить об этом.
— Со мной все в порядке. Правда. — Ложь почти прозвучала убедительно. Я взглянул на часы. — Мне пора.
— Не хочешь, чтобы Долорес на тебя орала.
— Ни в коем случае. — Я встал, достал из бумажника несколько купюр и бросил их на стол.
— Это слишком много, — возразила Хэдли. — Я могу заплатить за свой обед.
Я наклонился и поцеловал ее в щеку.
— Позволь мне время от времени баловать младшую сестренку.
— Ну ладно. — Ее пальцы впились мне в бицепс, удерживая на месте. — Люблю тебя, Бек.
Горло обожгло.
— Я тебя тоже.

Я вышел в приемную, закидывая сумку через плечо.
— От Коры Максвелл звонков не было?
Долорес выгнула бровь, глядя на меня.
— Я похожа на дуру?
— Э-э, звучит как вопрос с подвохом.
Долорес покачала головой, но губы у нее дрогнули.
— Ты сказал, что хочешь лично принять этот звонок, если она наберет. Я за тобой не приходила, значит, она не звонила.
— Прости, — пробормотал я.
Долорес отодвинула стул и встала.
— Хорошо, что ты так заботишься о пациентах, но я бы не стала ставить деньги на то, что она вернется. Разве что случится что-то срочное.
— Ты знаешь, почему они так против медицинской помощи?
Она убрала папку в один из наших больших шкафов.