— Думаю, ей страшно. Но я решил, что у тебя могут быть мысли, как лучше ей помочь. Ты знаешь тот мир намного лучше меня.
Адди все еще смотрела в окно, но взгляд стал рассеянным.
— Ты не сможешь помочь. Только если она сама не решится сделать первый шаг. Кажется, что это так просто. Но это значит уйти от всего, что она когда-либо знала. Неизвестность, в которую придется шагнуть, может пугать намного сильнее.
В тот миг мне хотелось только притянуть Адди к себе. Обнять крепко и сказать, что все будет хорошо.
— Я буду надеяться, что Кора найдет в себе хоть немного твоей храбрости.
Адди повернулась ко мне.
— Я не была храброй. Я была в отчаянии.
— Одно не отменяет другого. Отчаяние не значит, что тебе не было страшно. И все же ты нашла выход.
— Меня вытащил Хейз.
Я всегда буду благодарен брату за это.
— Но шаги к этому тебе пришлось сделать самой.
Она сглотнула, глядя на свои руки.
— Продолжай находить способы говорить ей, что у нее есть варианты. Эверли и Хейз мягко подталкивали меня каждый раз, когда мы виделись. Поэтому, когда пришло время, я знала: на них можно опереться, чтобы найти путь.
Я сжал челюсти.
— Не уверен, что она скоро снова придет в клинику. И других мест, где я мог бы ее увидеть, у меня нет.
Адди подняла глаза к моим.
— Значит, придется их найти.
13

Адди
Я смотрела Беккету вслед, пока он не завернул за угол и не исчез из виду. Но я все равно осталась стоять на месте. Он такой хороший человек. Я уже начала сомневаться, что такие вообще существуют. Но Беккет каждый день доказывал мне обратное.
Воспоминания обрушились на меня. Щелчок ремня по коже. Вкус крови во рту. Удар в позвоночник, когда я рухнула на колени.
— Адди?
Голос Лейкен прорвался сквозь ужасы, разыгравшиеся в моей голове.
Она подошла ближе.
— Ты в порядке?
— Да. Просто задумалась.
Ногти впились в ладони. Мысль о том, что Кора живет в кошмаре, из которого я сбежала, почти лишала меня сил. В кошмаре, куда отец и тот мужчина сегодня утром пытались затащить меня обратно.
Выражение лица Лейкен ясно говорило: она не верит, что все настолько просто. Но давить она не стала. Вместо этого она дьявольски усмехнулась.
— Беккет Истон — твой сосед? Я в детстве была в него так влюблена. Постоянно упрашивала старшего брата позвать его к нам домой.
Во мне снова вспыхнула ревность. Зависть к тому, что она так давно его знает. К ее интересу к нему. Но дело было не только в этом. Я жадно завидовала обычному детству, которое, скорее всего, было у Лейкен. Такому, где самая большая проблема — влюбленность в мальчика постарше.
— У нас не так. Его просто вынудили поселить меня у себя.