Она приземляется на палубе корабля, среди огня и смерти, среди криков умирающих и рева сражения. Делает шаг, другой, и видит Лори. Подол белой сорочки обвивает щиколотки ведьмы, черные волосы струятся по спине. Лори поворачивается к дозорному, который поспешно перезаряжает винтовку, не отрывая от нее взгляда. Сочувственно улыбаясь, она переплетает пальцы и негромко произносит что-то. Винтовка выворачивается из рук мужчины и улетает за борт.
А потом ноги человека отрываются от палубы. Лори вскидывает руки – и человека поднимает все выше и выше; он кричит, глаза его полны паники. Ведьма сжимает кулак. Мужчина падает. Тело с глухим хрустом ударяется о палубу. Бриэлль морщится. Кровь стучит у нее в ушах. Упавший не поднимается. Лори переступает через труп. Черные вены змеятся по ее запястьям, исчезая под рукавами ночной рубашки.
– Лори! – кричит Бриэлль.
Та поворачивает голову, вздергивает подбородок, и у Бриэлль кровь стынет в жилах. Сестра так похожа на малефанту, и в то же время… на фурию, которую уничтожила. На каждую злобную тварь, на которую охотилась – и которую убила – Бриэлль.
– Лори, мы найдем их. Просто помни, кто ты. Не позволяй ей выиграть. Если сгоришь – она победила!
– Они здесь, чтобы убить мою семью! Я не могу просто стоять и наблюдать из тени, как послушная маленькая ведьмочка, приятно проводящая время!
Бриэлль сглатывает и идет к Лори, перешагивая через тела, винтовки, пламя. Море вокруг кишит кораблями, ветер несет запахи гари, и крови, и металлический привкус магии. Маскирующее заклятье развеивается. Здесь сошлись в битве три флота. Корабль, на котором они очутились, дрейфует, покинутый, вода вокруг бурлит, словно, изголодавшись, желает затащить судно на дно. Охотница сжимает руку сестры. Здесь небезопасно. Нужно уходить, здесь небезопасно.
– Не меняйся из-за нее, Лори.
Ведьма медлит, и что-то мелькает в ее глазах, что-то мягкое почти прорывается сквозь кремень и ярость…
Потом взгляд Лори снова твердеет, перескакивая на море. Инстинкты Бриэлль криком кричат, надрываясь, – инстинкты охотника. Океан перед ними расступается, и вынырнувшее из глубин щупальце обхватом со ствол могучего дуба, пятнистое, фиолетовое, хлещет по грот-мачте одного из судов. Матросы стреляют в воду, кричат, зовут друг друга, но к первому щупальцу присоединяется второе, потом третье, четвертое…
– Небеса… – выдыхает Бриэлль, осознавая, что это – и что это значит.
Щупальца сжимают корабль, словно игрушку, трясут, переворачивают, люди скользят по палубе, не в силах удержаться, не в состоянии остановиться – и все, один за другим, падают в воду.