– Я не стану охотиться на Миру, – подтверждает Бриэлль, глядя, как щупальца утаскивают под воду остатки одного из кораблей. – Ты важнее любого задания. А вот на кракена я поохочусь…
Лицо Лори озаряется, и Бриэлль вдруг понимает, что не помнит, когда она в последний раз видела сестру улыбающейся. Неужели она никогда раньше не говорила вслух, что ставит Лори выше ковена? Неужели Лори и впрямь сомневалась в ее преданности? Да, раньше ничто не подвергало проверке ее чувства. Но в глубине души она всегда знала, что для нее важнее. Сестра. Дом. Единственный человек, который всегда был рядом.
– Я колдую, ты охотишься, – говорит Лори. – Давай избавимся хотя бы от одного врага нашей семьи. – Ухватившись за штурвал, она вглядывается в воду. – Пора, давно пора матушке узнать, на что я способна.
Заклинание, брошенное Лори, падает на воду, словно паутина, и исчезает. Это поисковые чары. Закрыв глаза, почти вонзая в штурвал черные ногти, с развевающимися ониксовыми волосами, ведьма ощупывает нити, каждый стежок, каждую петельку заброшенной в море сети, и ищет, ищет сирену, чудовищную девчонку, схваченную морским монстром.
– Там, Бриэлль, – показывает она пальцем. – Кракен притаился там.
Бриэлль стискивает плечо Лори.
– Делай, что сказал твой брат: оставайся в укрытии. Не геройствуй. – Она взбирается на поручни и, с дико колотящимся в предвкушении охоты сердцем, прыгает в ждущую пасть океана.
Глава 38
Я извиваюсь, борясь с неуклонно усиливающейся хваткой кракена. На секунду давление ослабевает, я пытаюсь вывернуться, но пульсирующее щупальце вновь сжимает меня, да так, что кажется, вот-вот захрустят кости. Я не могу вздохнуть, не могу крикнуть…
Внезапно вспыхивает яркий свет, и я чувствую, как кракен, раненный или оглушенный, сворачивается. В этот миг я умудряюсь выхватить клинок и ударить. Кракен ревет где-то справа, а я вырываюсь на свободу.
Несусь стрелой, огибая умирающий корабль. Щепки всплывают, мачта погружается в воду. Повсюду тела. Тела, и огонь, и отчаяние. Рвусь на поверхность, наполняю легкие воздухом и лихорадочно озираюсь.
Хаос. Отличить наши корабли от кораблей дозора или Реншоу невозможно. Щупальца хлещут по воде, хватают суда, рвут их на части, гремят винтовочные выстрелы, кричат люди. Я кружусь, высматривая Эли, Кадена, Агнес…
И вижу Лори – окутанную черным саваном собственных волос, с глазами цвета эбенового дерева и обсидиановыми венами; трескучие черные молнии бегают по ее коже. Подобная носовой фигуре корабля, она смотрит на меня, и у меня перехватывает дыхание.