– Мы еще посмотрим, кто пойдет на повышение первым, верно?
Не успевает Лори задать новый вопрос, дверь распахивается, и на пороге появляется растрепанная, загнанная посыльная с выпученными глазами. Сглотнув, она убирает со лба рыжую прядь и машет всем трем конвертом. Бриэлль узнает девушку: на равноденствие эту юную ведьму отправят в дебри Литы, на Клар. Охотница отводит взгляд. Ей не хочется думать о том, что случится, если девочка не проявит себя.
– Правящий совет хочет тебя видеть, Бриэлль. И у мал для тебя новое задание.
Бриэлль стряхивает с пальцев крошки, берет конверт, вскрывает его, читает – и лицо ее мрачнеет.
– Похоже, задержусь я тут ненадолго.
– Куда на этот раз? – спрашивает Лори, косясь на Пеони, которая изо всех сил делает вид, что вовсе не слушает.
– Ты же знаешь, я не могу сказать.
– Ну хоть намекни.
Бриэлль шипит себе под нос ругательство, как будто мысли ее витают где-то далеко-далеко, посыльная бормочет что-то насчет того, что мал требует немедленного ответа, но все же уходит в тоске.
– Я знала, что так и будет, знала, что все меняется… – медленно говорит Бриэлль.
Она сует письмо обратно в конверт, встает и решительно идет к двери. Лори догоняет ее уже в коридоре, тянет за рукав.
– Расскажи, – тихо просит она. – Чего они хотят от тебя на этот раз?
– Не могу, Лори. Ты же знаешь, я не могу.
– Бриэлль… это же мы. Ты и я. Мы сестры.
Бриэлль вздыхает, проводит ладонью по лицу. Лори никогда не называет ее «приемной сестрой», и она это ценит. Как ценит и саму Лори.
Тот момент на Дальних островах выжжен в ее памяти, она сделала бы все, чтобы обратить время вспять, заставить Келла быстрей сжать кулак, спрятать магию, защитить его. Но есть и другие такие, как он. Все больше и больше тех, кого она защитить не может. И теперь правящий совет заинтересован не только в получении информации. Теперь они хотят захватить одного из них.
– Человек, понимаешь? – шепчет она, не отрывая взгляда от Лори. – Не монстр, не тварь. В следующем задании указано имячеловека .
Глава 13
Дым поглощает меня.
Я кашляю, борясь с покровом тьмы, пытаюсь освободиться. Вокруг мечутся крики. Путаюсь в собственных ногах, падаю на пол. Я снова в своем доме в Розвире. Я заперта внутри, пламя пожирает сундук мамы, вещи отца, стирая все, что было нашим, уничтожая то немногое, что у меня осталось.
Мира .
Я кричу, продираясь сквозь дым, похожий на плотную ткань или слои марли, рву его, протискиваюсь в дыру.
Мира .
Крики умирающих – точно скрежет гвоздей по грифельной доске. Я все еще в ловушке, я не могу добраться до них, тех, кто снаружи, не могу спасти их, я не спасла никого, кого любила, – и папу, моего папу…