— Бывают минуты, когда я завидую Софии! — неожиданно призналась купчиха. — Ее траур заканчивается уже в январе. А мой будет длиться еще целый год!
— Лидия Петровна, но вам невероятно идет черное! — воскликнул Вудвилл. — В нем вы похожи на героиню готического романа!
Не понимая, о чем говорит виконт, женщина отмахнулась от его слов.
Однако хотела она того или нет, он был прав. Она действительно смотрелась великолепно. Ее зеленые глаза и рыжие волосы, собранные легкими волнами, еще ярче пылали на фоне темного платья, а полупрозрачная вуаль, спадавшая с траурной шляпки, добавляла облику таинственности. В этом контрасте между жгучей жизненной силой ее внешности и мрачной холодностью наряда было что-то почти гипнотическое, что невольно притягивало восхищенные взоры.
— Мне так одиноко! — пожаловалась Лидия. — Вы даже не представляете насколько! Все разъехались, София теперь живет у графини! Меня никто не навещает!
Соня сочувственно посмотрела на Виртушинского, который из-за Лидии Петровны остался летом в городе и ежедневно наведывался к ней на чай.
— Позвольте мне нанести вам визит на следующей неделе! — тут же воспользовался возможностью Вудвилл.
— О, да! Вы так добры!
Виртушинский театрально откашлялся.
— Боюсь, для светских визитов сейчас неподходящее время, — заметил он. — Вы же сами видите, у Лидии Петровны продолжается траур.
— Я зайду исключительно, чтобы почтить память покойного, — заверил виконт. — В этом нет ничего предосудительного!
— В таком случае позвольте узнать, как долго вы были знакомы со Степаном Макаровичем?!
— Ах, Алексей Иванович, откуда такой педантизм?! — проворчала купчиха и окинула его пренебрежительным взглядом. — Неужели вы имеете что-то против?!
— В таком случае я тоже рассчитываю на приглашение на тот же день и час, что и виконт! — не унимался Виртушинский.
— Алексей Иванович, честное слово, если вы задумали играть роль компаньонки, это лишнее…
— София Степановна, а вы присоединитесь? — поинтересовался тем временем Вудвилл у Сони.
Соня успела только вскинуть на виконта испуганный взгляд, как вдруг Лидия Петровна внезапно резко замолчала и округлившимися глазами уставилась куда-то за спину Алексея Ивановича.
— Царица небесная! — ошарашенно прошептала она. — Он в городе?!
Соня и Виртушинский машинально обернулись. К ним размеренной походкой приближался Владимир Оржеховский.
— А, Володя! — сказал Алексей. — Он уже несколько дней в Киеве!
— Виконт, прошу, отойдем! — попросила Лидия. — Я боюсь этого человека!
— Конечно, сударыня!
Вудвилл предложил взять его под локоть, и они направились к смотровой площадке над обрывом.