— Я же говорила при нашей первой встрече — я по гороскопу Рыбы! Ничего не могу с собой поделать.

— Ну… конечно. У любой профессиональной спортивной команды хватает своих скандалов, — говорит он. — Самый громкий даже экранизировали в виде мини-сериала. Владелец команды с 1981 по 2014 год наговорил на записи столько расистского дерьма, что в итоге его пожизненно отстранили.

— Ну и пошёл он к чёрту.

— Ага. На нём ещё висели иски из-за дискриминации при сдаче жилья и сексуальных домогательств. Его вообще считают худшим владельцем клуба в истории НБА. Все только рады, что он исчез.

— Это не совсем скандал, но был ещё тот позор на драфте в восемьдесят пятом, — вмешивается пожилой мужчина с ряда ниже, разворачиваясь к ним. — «Клипперс» выбрали Бенуа Бенджамина под общим третьим номером в первом раунде. И это оказался полный провал. Они ведь тогда закончили сезон 1986–1987 со счётом двенадцать побед и семьдесят поражений?

— Точно, совсем забыл об этом, — говорит Ник.

Рамона фыркает, хотя впечатлена тем, как легко мужчина вспоминает такие подробности.

— А я-то думала, что учёный здесь ты.

— Даже сам переезд «Клипперс» сюда из Сан-Диего официально не был одобрен НБА, — добавляет женщина, сидящая по другую сторону от Ника. — Единственный такой случай в истории.

Тот мужчина серьёзно кивает.

— С тех пор некоторые считают, что команда проклята.

— Они не прокляты, — возражает Ник с достоинством человека, которому уже не раз приходилось это доказывать. — Да, они ещё ни разу не выигрывали чемпионат. Но они уже близко. Я это чувствую.

Рамона в восторге от всего происходящего.

Ни один из этих фанатов «Клипперс», преданных до последнего, совсем не похож на её обычную аудиторию. И постепенно она позволяет себе расслабиться, даже убирает очки в сумочку. В конце концов, обычному человеку не пришлось бы их носить.

— Ладно, значит, это довольно посредственная и, возможно, проклятая команда, — говорит она. — И ты любишь её потому что…

— Разве не все любят аутсайдеров? — Ник делает глоток газировки и улыбается ей искренней улыбкой, почти по-детски нелепой. — Я же рассказывал, что вырос в Сан-Бернардино. Хотя до Лос-Анджелеса было совсем недалеко, родители терпеть не могли туда ездить, хоть мы с сестрой постоянно упрашивали их свозить нас в Диснейленд или на пляж. На мой десятый день рождения они купили билеты на баскетбольный матч в Лос-Анджелесе, и я был в полном восторге — я тогда только начал играть в баскетбол в школе. И, конечно, был уверен, что мы идём на «Лейкерс».

— О нет…

— Мы стоим в пробках, на улице адская жара, по дороге ломается кондиционер, а парковка у арены стоит гораздо дороже, чем родители рассчитывали. Но когда мы наконец добрались туда… — Рамона прикусывает нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, уже понимая, к чему всё идёт. — …оказалось, что они купили билеты на «Клипперс», потому что они были намного дешевле. Сначала я был просто раздавлен. Но потом неожиданно втянулся. И, возможно, этой команде действительно была нужна любая поддержка, какую только можно получить. Я подумал: болеть за «Лейкерс» может кто угодно. А вот чтобы из года в год болеть за «Клипперс», сколько бы они ни разбивали нам сердце, нужен особенный человек. — он театрально прижимает ладонь к груди. — И вот… двадцать шесть лет спустя я всё ещё здесь.