Теперь она почти уверена, что мятный запах исходит от его шампуня, а мыло или одеколон пахнут кедром — когда они были у него в кабинете, она никак не могла им надышаться.

А ещё эта тонкая серьга-кольцо, на которую она до сих пор не может перестать смотреть. Настолько, что ей просто необходимо сидеть справа от него, чтобы хоть как-то держать своё либидо под контролем.

Профессор Ник Наварро. Её новый друг.

Она до сих пор не может поверить, что он согласился на всё это. И если судить по трепету у неё в груди, она нервничает из-за этой новой главы ничуть не меньше, чем он тогда в библиотеке.

Рамона умеет строить отношения с мужчинами, которые начинаются и заканчиваются в тёмных комнатах. Именно туда, как ей казалось, всё и шло после Великой Катастрофы с Секстингом Двухнедельной Давности, а потом — у него в кабинете. И она не могла представить, что захочет чего-то большего. Ей казалось, что она прекрасно знает, как обращаться с таким мужчиной, как Ник. Но, возможно, она вообще его не знала.

Потому что это…совершенно новое.

Даже Бетти удалось разговорить её во время вчерашней тренировки.

—Ты что-то скрываешь, — сказала она.

И этого оказалось достаточно, чтобы из Рамона все рассказала.

Бетти не осуждала её — лишь насторожилась. И Рамона её понимала. В конце концов, сама она устроена точно так же.

Когда они проходят контроль безопасности, Ник едва касается ладонью её спины, направляя к эскалаторам.

А потом они едут вверх…и ещё выше…

И ещё.

— Может, всё-таки стоило раскошелиться на места у площадки, — морщится он, когда они садятся на самом верхнем ярусе.

— Да ну. Места у паркета — для неудачников. Всё самое интересное происходит здесь. Со всеми этими… — она оглядывается вокруг. — Пустыми креслами.

Рамона и раньше сидела у самой площадки на матчах. Стреляла глазками в самых симпатичных игроков и на следующий день оказывалась на страницах таблоидов.

А здесь можно оставаться совершенно незаметной.

— Ну, расскажи мне про «Клипперс», — говорит она, когда они возвращаются из буфета, понимая, что подобная просьба звучит довольно нелепо от человека, на котором столько атрибутики этой команды. Они оба взяли газировку и по куску жирной пиццы, а Рамона, делая заказ, опустила козырек бейсболки пониже. Ей хотелось сказать, что ему не обязательно отказываться от алкоголя из-за неё, но она не хотела делать вид, будто уверена, что он не пьёт именно по этой причине. — Есть какие-нибудь скандалы или сплетни, которые мне стоит знать?

Ник поджимает губы, будто сдерживает улыбку.

— Почему тебя в первую очередь интересуют именно скандалы и сплетни?