Он старается не замечать то, что давно стало его любимыми мелочами: её веснушки, её голос, изгиб её бёдер. Но, несмотря на тревогу, не отпускающую его после той статьи, взгляд всё равно цепляется за них. Ему следовало отменить эту встречу. Так было бы разумнее. Правильнее.

Но он ничего не может с собой поделать. Ему просто хотелось провести с ней ещё немного времени, прежде чем завтра декан вынесет свой вердикт.

— Откуда ты вообще знаешь, на что нужно обращать внимание? — спрашивает Ник, не зная, что Рамона настолько хорошо разбирается в квартирах.

— Первый раз я искала жильё ещё во время съёмок «Греты». — она выпрямляется и стряхивает с колен невидимую пыль. — Первые полгода прожила в квартире, где хозяева скрывали утечку газа. После этого решила стать настоящим экспертом и больше никогда не попадать в подобную историю. — затем она поворачивается к Энджи. — Планировка отличная. Мне нравится, как здесь всё организовано, пространство очень удачно перетекает из одной зоны в другую.

Энджи сияет так, словно сама придумала этот проект.

— Для молодой пары это просто идеальная квартира, — говорит она.

Вместо того чтобы тут же поспешить заверить её, что между ними ничего нет, Рамона подходит ближе и почти мурлычет Нику прямо на ухо:

— Именно такую мы и искали.

Прижимая ладонь к его груди, она оказывается так близко, что он чувствует её собственный запах. Похоже, сегодня она забыла воспользоваться любимыми духами — только шампунь и сама Рамона. Напоминание о том, что она никогда не будет принадлежать ему.

— Правда, милый?

И пусть мысль об этой невозможной версии их жизни больно кольнёт где-то внутри, чёрт возьми, ему всё равно хочется ей подыграть.

— Именно, — отвечает он. — И… этот потолочный карниз мне тоже очень нравится.

Рамона убегает посмотреть главную спальню.

— Дорогой! Как думаешь, здесь хватит места для всех наших… игрушек? — она улыбается так, словно только что не бросила ему под ноги зажжённую спичку. Коварная. До невозможности коварная.

Ник определённо совсем не думает о том, что сделал с её трусиками после вечеринки. И уж точно не представляет, как она могла бы пользоваться какими-то игрушками. Но если она решила его мучить, он вполне способен отплатить ей тем же.

— Ты забыла про качели, милая, — откликается он. — Нам ведь ещё нужно будет куда-то их подвесить.

— Ах да! — Рамона хлопает себя ладонью по лбу. — Надеюсь только, стены здесь не слишком тонкие.

Энджи понимающе подмигивает им.

— Стены шумоизолированные. Так что можете развлекаться сколько душе угодно.

Ему бы сейчас посмеяться вместе с риелтором, но с тех пор, как они вошли в первую квартиру, его не отпускает одна странная мысль.