— Не спеши. У нас есть время, — смеётся он, снова притягивая её к себе для поцелуя. На самом деле — только до завтрашнего утра, до начала занятий. И этого катастрофически мало. — Нам необязательно успеть всё прямо сейчас.

— То есть… это не на один раз?

От облегчения у неё начинает кружиться голова.

— Нет. По крайней мере, для меня. Если только ты сама этого не хочешь.

Она быстро качает головой, потому что вдруг понимает: иначе она уже не сможет.

— Я тоже хочу большего.

Теперь она наконец позволяет себе как следует рассмотреть его. Загорелая кожа. Ровное движение груди при каждом вдохе. Широкие плечи. Рыжеватые волоски, рассыпавшиеся по груди и уходящие дорожкой вниз от пупка. Две маленькие ямочки по обе стороны бёдер, которые так и просят провести по ним языком.

— Значит, любоваться можно только тебе? — с улыбкой спрашивает Ник.

Она фыркает.

— Вообще-то ты уже видел меня в купальнике.

Он берётся за край её свитшота и одним плавным движением стягивает его через голову.

— Это совсем другое.

С легинсами всё оказывается куда сложнее. Производитель, конечно, обещал невероятную мягкость ткани, но почему-то умолчал, что снять их с девушки в постели практически невозможно. Первым делом завтра она подаст в суд наAlo Yoga.

Наконец, наконец эти проклятые легинсы оказываются на полу, и Ник смотрит на её несочетающиеся бюстгальтер и трусики так, словно вот-вот потеряет остатки самообладания.

— До невозможности красивая, — тихо говорит он, проводя пальцами под одной из бретелек.

Она заводит руку за спину и сама расстёгивает застёжку.

Не переставая целовать её ключицу, он осторожно укладывает её на мягкое белое одеяло. Сквозь ткань боксеров отчётливо проступает его возбуждение, и от одного этого зрелища у неё начинает кружиться голова. Кажется, она потеряет сознание раньше, чем успеет к нему прикоснуться. Теперь всё иначе. Не так, как в его кабинете. Не так, как в пустой квартире. И дело не только в кровати. Теперь они знают друг друга.

— Я столько раз мечтал снова получить возможность сделать это, — шепчет он, перекатывая сосок между большим и указательным пальцами, пока его губы медленно скользят по её шее. — Этот изгиб твоего плеча… он, блядь, меня преследует.

Он втягивает нежную кожу в рот, а затем полностью переключает внимание на её грудь. Язык. Губы. Лёгкие прикосновения зубов. Медленный, мучительно сладкий ритм. Господи. Это уже слишком хорошо. И она даже не пытается этого скрывать. Стонет. Выгибается ему навстречу. Запускает пальцы в его волосы, сильнее прижимая его лицо к своей груди. Теперь всё ощущается иначе. Роскошно. Неторопливо. Словно, убедившись, что впереди у них есть время, он намерен растянуть каждое мгновение настолько долго, насколько только сможет.