Это правда — он почти никогда не жил один.
Из родительского дома он переехал в университетское общежитие, затем — в первую квартиру вместе с Кэтрин. За последний год он заставил себя обзавестись десятком новых увлечений, лишь бы проводить дома как можно меньше времени. Записался в любительскую лигу по пиклболу. Пошел на курсы выдувания стекла. Обжег руку. Бросил выдувание стекла. Начал плавать по утрам в бассейнеUCLA .
Что угодно, лишь бы не дать одиночеству настигнуть его.
Лекси задумчиво касается пальцем подбородка.
— Тут неподалеку недавно открылась отличная джелатерия, — говорит она.
Одри принимается есть карри с такой скоростью, будто от этого зависит ее жизнь.
Ник очень старается с оптимизмом смотреть на предстоящий семестр. Верить, что новая жизнь тоже может оказаться хорошей.
Потому что, пусть он больше не муж, он все еще брат.
Все еще дядя.
И все же, когда сентябрьское солнце медленно скрывается за горизонтом, а ежевичное мороженое тает на языке, он невольно думает: а вдруг все, что он сейчас делает, — лишь отсрочка неизбежного? Момента, когда ему придется уснуть в чужой комнате, где нет ни одного воспоминания о почти половине его жизни.
За пару дней до начала семестра декан факультета естественных наук собирает совещание.
Ник из тех простаков, которые начинают сентиментальничать с началом учебного года. Так было всегда, еще с детства. Он уже привел в порядок кабинет, обновил экзамены и задания, отредактировал презентацииPowerPoint . Даже повесил на дверь кабинета плакат с надписьюGET PSYCHED, потому что, как преподаватель психологии, искренне считает юмор важной частью своей работы. Он пользуется любой возможностью показать студентам, что психология может быть одновременно сложной и удивительно странной, а ее история полна ярких личностей. Фрейд — лишь верхушка айсберга.
Немного ли этот плакат дурацкий? Конечно. Но это академическая среда — здесь ботаников принимают с распростертыми объятиями.
Он даже не испытывает неприязни к таким совещаниям и всей университетской бюрократии. Именно структура сейчас помогает ему двигаться дальше, поэтому он с привычным оптимизмом здоровается с двумя другими преподавателями, уже сидящими в кабинете декана: Фумико Хаяси, которая преподает морскую биологию, и Маршаллом Кляйном, с которым он раньше не встречался, но который ведет философию на гуманитарном факультете. Все трое устраиваются перед столом декана Трейси Экхарт, пока та ждет, когда принтер закончит печатать документы.
Ник закидывает ногу на ногу. На нем чиносы и рубашка с воротником, а термос с кофе стал словно продолжением его правой руки. По крайней мере, он больше не живет среди коробок — если не считать тех нескольких, которые не собирается открывать, пока не найдет собственное жилье. Зато теперь каждый день забирает Одри из школы, чтобы сестра могла подольше задержаться на работе. Они перекусывают где-нибудь по дороге, или закупают продукты для очередного кулинарного шедевра Одри, или сидят за кухонным столом: она делает домашнее задание, а он готовится к лекциям, безуспешно пытаясь вспомнить формулу квадратного уравнения, когда она просит помочь с математикой. Это самое близкое к привычному распорядку, что у него было за последние месяцы, и, как бы ему ни хотелось познакомиться с новыми студентами, по этому времени он уже заранее скучает.