— Наверное, ты не слышал. Они отлично постарались, чтобы эта история не попала в крупные СМИ, но пару месяцев назад… одна девушка со съёмочной площадки его нового сериала обвинила его в сексуальном насилии. Сказала, что помогала ему переодеваться в трейлере, а он набросился на неё. — Рамона делает глубокий, дрожащий вдох, от которого у Ника словно всё внутри выворачивается наизнанку. Он начинает медленно поглаживать её колено круговыми движениями. — Сначала я вообще не могла уложить это в голове. Мы ведь не разговаривали уже много лет. Да и когда были вместе, мы были почти детьми. Но потом… потом я поняла… кажется, то же самое произошло и со мной. Тогда у меня просто не было слов, чтобы дать этому название. Я даже не понимала, что такое может случиться, если вы уже состоите в отношениях. Если он якобы любил меня так сильно, как говорил… значит, он не мог сделать ничего подобного. — ее глаза краснеют и становятся влажными, а когда она моргает, по щекам скатываются несколько слезинок. Кажется, она даже этого не замечает. — Я не хотела… в первый раз. Может, многое уже стерлось из памяти, но это я помню совершенно отчётливо. Я сказала ему остановиться. А он не остановился.

Ника захлёстывают ярость и боль — такие всепоглощающие, что на мгновение перед глазами будто всё окрашивается в красный.

— Рамона… милая… Мне так чертовски жаль.

Ему нужно её обнять. Нужно хоть как-то всё исправить, хотя он чувствует себя совершенно бессильным. Он притягивает её к себе, крепко прижимает к груди и гладит по волосам. Господи, только бы ему никогда не встретить этого жалкого подобия человека. Потому что Ник совершенно не хочет сесть в тюрьму за то, что с ним сделает.

— Я верю тебе. Верю каждому слову. Верю, что всё это произошло.

От этих слов у неё вырывается ещё один сдавленный всхлип, словно она и сама не понимала, насколько ей было необходимо услышать именно это.

— Потом это случилось ещё несколько раз. Я говорила «нет», но это ничего не меняло. Я пыталась его оттолкнуть, но он был сильнее. В какой-то момент я просто устала бороться, — говорит она, а Ник только крепче сжимает её в объятиях, чувствуя, как его сердце продолжает раскалываться. — Он не пользовался презервативами. Вообще никогда. Просто… прерывал всё в последний момент и говорил, чтобы я не переживала. До сих пор удивляюсь, как не забеременела, с тем ужасным сексуальным просвещением, которое было у нас на съёмках.

Ник ещё никогда в жизни так сильно не хотел справедливости.

— Значит… теперь его будут судить? Как раз когда выходит сериал?