Тоня слушала её, не дыша.
— Но как же так? — спросила она. — Двадцать лет? И он не пытался найти вас?
Агнесс горько покачала головой:
— Я не знаю. Может быть, он не помнит, кто он. Может быть, он не может двигаться. Но я видела его лицо — оно было спокойным. Он не мучился. Он не страдал. Просто жил там, в своём мире, держа в руках мою брошь. И я знаю, что он думал обо мне в тот момент. Я чувствовала это.
Она вытерла слёзы, которые снова навернулись на глаза, и положила руки на тетрадь.
— Ты вернула мне надежду, Тоня. Ты показала мне, что он жив. Я уже смирилась с тем, что никогда не узнаю правду, а ты — ты открыла её. И за это я отдам тебе всё, что у меня есть. В том числе это знание.
Она открыла тетрадь на первой странице, и Тоня увидела несколько строк, написанных старым, но красивым почерком:
«Если ты держишь эту книгу — значит, ты пришла из рода тех, кто умеет слышать ткань. Знай: ты не одинока. Ты — часть древнего дара, который не умирает, а ждёт, когда его пробудят».
Тоня перелистнула ещё несколько страниц и увидела странные рисунки: символы, похожие на те, что были в тетради Соломеи, но более детальные. Были там и наброски узоров, и описания того, как вплетать в вышивку намерения, но было и кое-что другое — рисунки существ, похожих на людей, но с длинными пальцами и тонкими, почти прозрачными крыльями за спиной.
— Что это за существа? — спросила Тоня, указывая на один из рисунков. — Они похожи на фей.
Агнесс кивнула, и в её глазах появился свет — тот самый, который загорался, когда она говорила о чём-то важном и сокровенном:
— Это швейные феи. Такие, как ты. Не веришь? Смотри дальше.
Тоня перелистнула несколько страниц и прочитала запись, сделанную тем же человеком:
«В древние времена, когда Этерион был ещё юным, а горы Хрустальные не были такими высокими, в этих землях жили существа, которых люди называли феями. Но они не были теми, о ком рассказывают сказки. Они не жили в цветах и не умели делать погоду. Их дар был иным — они могли сшивать судьбы. Они брали нить жизни человека и вплетали в неё узоры, которые защищали, лечили, приносили удачу или любовь. Они шили не одежду — они шили жизнь».
Тоня читала дальше, и сердце её билось всё быстрее:
«У каждой феи был свой дар: одна могла видеть будущее в ткани, другая — возвращать здоровье с помощью стежков, третья — соединять сердца вышитыми узорами. Они жили среди людей, помогали им, и их уважали. Но со временем люди забыли благодарность. Они стали бояться тех, кто может управлять их судьбой. Началась охота. Феи уходили всё глубже в леса, прятались в горах, но их становилось всё меньше. И в конце концов они исчезли. Или, может быть, просто растворились среди людей, передавая свои знания по наследству — тем, кто был готов их принять».