Однажды они сидели на крыльце дома Агнесс, смотрели на звёзды, и Родрик спросил:
— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы остаться здесь навсегда?
Тоня повернулась к нему. Её глаза блестели в темноте.
— Я думала об этом, — ответила она. — Но я не знаю, что ждёт меня впереди.
— Я знаю, — сказал Родрик тихо. — Я хочу, чтобы ты осталась.
Она не ответила, но взяла его за руку. Их пальцы переплелись, и они сидели так, молча, глядя на ночное небо. И Родрик понял, что эта минута, этот тихий вечер, этот город и эта женщина — всё, что ему нужно для счастья.
Он будет ждать, сколько потребуется. Он будет заботиться о ней и поддерживать её. Он будет рядом, что бы ни случилось. Он любил её — и впервые в жизни был готов сказать это вслух.
Глава 26
Снежные дни в Волшборе всегда были особенными. Город преображался: улицы украшали гирляндами из еловых веток и сушёных ягод, на площадях зажигали большие костры, а из каждой пекарни доносился запах корицы, имбиря и медовых пряников. Булочная Родрика работала в эти дни без остановки — спрос на праздничные пироги и крендели был огромен.
Тоня впервые готовилась встретить Снежные дни не одна, и это наполняло её одновременно радостью и лёгким волнением. Агнесс, узнав, что Родрик пригласил Тоню на семейный ужин, только хитро улыбнулась и сказала:
— Ну, внученька, это серьёзно. Значит, он хочет познакомить тебя с родителями. Будь собой — и всё будет хорошо.
За то время, что Тоня поселилась в доме Агнесс, обе стали относиться друг к другу очень тепло. Тоня звала старушку «бабушкой», а Агнесс Тоню — «внученькой».
Тоня перебирала свои платья, пытаясь выбрать самое нарядное. Она остановилась на тёмно-синем, с серебряной вышивкой по вороту, которую сделала сама. На груди она закрепила брошь с райской птицей — ту самую, что привлекла внимание Агнесс.
Вечером, когда на улицах зажглись фонари и первые снежинки начали кружиться в воздухе, Родрик зашёл за ней. Он был в новом камзоле, волосы аккуратно зачёсаны, и в руках он держал небольшой букет из веток, перевязанных красной лентой.
— Это для тебя, — сказал он, протягивая букет. — Ветки ели — символ Снежных дней. Они приносят удачу.
Тоня приняла букет и почувствовала, как щёки заливает румянец.
— Спасибо, Родрик. Это очень красиво.
Она взяла его под руку, и они направились к дому его родителей. Булочная была уже закрыта, но окна горели тёплым светом, и изнутри доносился смех и звон посуды.
Мать Родрика, Грета, встретила их на пороге. Это была невысокая, полная женщина с сединой в светлых волосах и добрыми, чуть прищуренными глазами. Она сразу улыбнулась Тоне и обняла её, будто знала всю жизнь.