— Я поняла, — сказала Тоня холодно. — Вы хотите, чтобы я ушла. Я уйду. Но не потому, что вы меня напугали. А потому, что я не хочу больше жить среди людей, которые боятся того, что не могут понять.
Она развернулась и вошла в дом, закрыв за собой дверь. И в тот же момент поняла, что решение окончательное — она уедет.
Этот поворот в книге был неизбежен. Но именно он является для Тони судьбоносным. Читаем дальше!)
12.1
Тоня не успела закрыть дверь, как снаружи раздался новый голос — староста, явно недовольный её уходом, перехватил инициативу:
— Не так быстро, Антония! Мы не закончили.
Тоня обернулась и распахнула дверь. Толпа стояла на месте, но лица стали жестче. Видимо, её уход они восприняли как бегство.
— Чего вы ещё хотите? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Мы хотим, чтобы ты призналась, — сказала Миста, выступая вперёд. — Ты колдунья. И твой дом пропитан магией. Мы чувствуем это.
— Вы чувствуете то, что вам хочется чувствовать, — усмехнулась Тоня. — Если бы я была колдуньей, разве я стала бы терпеть все эти выходки? Я бы просто наслала на вас порчу, и вы бы уже давно забыли, как меня зовут.
В толпе кто-то нервно засмеялся, но Миста не унималась:
— Ты врёшь! Твои вышивки приносят несчастье, твоя картошка растёт, как по волшебству, а ты сама — проклята.
— Моя картошка растёт потому, что я ухаживаю за ней, а не потому, что я колдунья, — парировала Тоня. — А если вы так уверены, что ваши несчастья из-за меня, то почему вы до сих пор здесь стоите, а не бежите в церковь молиться о прощении за свою глупость?
Миста вспыхнула и шагнула вперёд, но староста остановил её.
— Хватит, — сказал он тяжело. — Антония, у тебя есть время до заката. Мы хотим, чтобы ты покинула деревню. Добровольно. Если ты не уйдёшь, мы будем вынуждены применить силу.
— Какую силу? — спросила Тоня, чувствуя, как холод пробегает по спине. — Вы сожжёте мой дом? Или, может, вы просто боитесь, что ваша ложь станет явной? Вы боитесь, что я расскажу всем, кто на самом деле распускает слухи? Кто ворует картошку по ночам и обливает грязью людей, чтобы выглядеть лучше в своих глазах?
Она шагнула вперёд, глядя в глаза старосте:
— Я знаю, что вы закрываете глаза на то, что делает ваш сын. Он пытался испортить мой огород, и вы знали об этом. Вы молчали, когда он распускал слухи. Вы молчали, когда его подружки травили меня. А теперь вы стоите здесь и требуете, чтобы я ушла? Нет, староста. Я ухожу не потому, что вы меня выгнали. Я ухожу, потому что я не хочу жить среди таких людей.
Она повернулась к толпе и громко сказала: