— Хватит! — сказал он грозно. — Я пришёл не для того, чтобы разбираться, кто кого толкнул. Дело в другом. Мы требуем, чтобы ты покинула деревню. Ты приносишь раздор, твои работы считаются опасными, и мы не хотим, чтобы ты жила среди нас.
Тоня почувствовала, как гнев закипает внутри, но она сдержалась и спросила спокойно:
— И на каком основании? Я никому не причинила вреда. Я работаю честно, плачу подати, как все. У меня есть дом, который мне достался по наследству. Вы не можете просто выгнать меня.
— Можем, — отрезала льорна Миста, выступая вперёд. — У нас есть закон: если человек нарушает покой общины, он должен уйти. А ты нарушаешь. Твои вышивки приносят несчастья, твой огород — проклят, и ты сама — ведьма. Я заказывала у тебя платье, и после этого у меня начались проблемы с мужем.
Тоня усмехнулась:
— У вас проблемы с мужем начались задолго до моего платья. Ваш муж уже три года ходит к трактирщице в соседней деревне, и вся округа об этом знает. Не хотите ли, чтобы я рассказала это громче? Или вы предпочтёте забыть о моём «колдовстве» и заняться своими делами?
Льорна Миста побледнела, открыла рот, но не нашла что сказать. Она лишь сжала губы и отступила, бросив на Тоню испепеляющий взгляд.
Староста шагнул вперёд, и в его глазах мелькнула злость:
— Ты дерзкая девица, Антония. Я помню, ты всегда была такой, даже когда ухаживала за старухой Соломеей. Но имей в виду: если ты не уйдёшь добровольно, мы будем вынуждены принять меры.
— Какие меры? — спросила Тоня, чувствуя, как холод пробегает по спине. — Вы сожжёте мой дом? Или, может, вас не устраивает, что я справляюсь без вашей помощи? Никто из вас не предложил мне руку помощи, когда я осталась одна с этим домом. Никто не спросил, нужна ли мне поддержка. А теперь вы приходите и говорите, что я вам мешаю? — Она шагнула вперёд, теперь уже наступая. — Вы боитесь меня, потому что я не такая, как вы. Я работаю руками, я умею делать красивые вещи, и мне не нужно притворяться, что я лучше других. Мне не нужно сплетничать, чтобы чувствовать себя важной. А вам — нужно. И это ваша проблема.
В толпе кто-то кашлянул, кто-то опустил глаза. Староста оглянулся на людей, но никто не поддержал его. Даже Сорк стоял молча, уставившись в землю. Но потом он поднял голову и сказал:
— Ты думаешь, ты такая сильная, да? А кто к тебе придёт, если мы все отвернёмся? Никто. Даже конюх не сможет тебя защитить, потому что его семья тоже живёт здесь.
Конюх шагнул вперёд, но Тоня остановила его жестом.
— Не надо, — сказала она тихо. — Я сама.
Она посмотрела на толпу. На лицах людей были разные эмоции: злость, страх, любопытство, сочувствие. Но ни один не встал на её сторону, кроме конюха, но и он не мог пойти против всей деревни.