Тоня обняла стену, за которой скрывался дух, и пообещала, что обязательно приедет снова.
Она вернулась в Волшбор с лёгким сердцем, зная, что её жизнь продолжается, и в ней есть место и для работы, и для семьи, и для магии, и для любви. И она была готова ко всему, что ждёт её впереди.
Эпилог
Пять лет пролетели как один миг. Волшбор изменился до неузнаваемости — выросли новые дома, расширились улицы, но главное — в городе появилось место, которое знал каждый. Ателье Антонии, которое теперь занимало целый этаж в старом купеческом особняке на главной площади, было не просто мастерской. Это был храм красоты, куда приходили за счастьем.
Тоня стала самой знаменитой швеёй во всём Этерионе. Её работы ценились не только за искусную вышивку и безупречный крой — люди знали, что платье, сшитое её руками, приносит удачу, защищает от бед и даже лечит душу. Она шила для королевских особ, для богатых купцов и для простых горожанок, которые мечтали о чуде. Она никогда не отказывала тем, кто искренне нуждался, и отдавала часть прибыли на помощь сиротам и старикам.
Но главным чудом в её жизни была семья. Родрик стал не просто мужем, а самым надёжным другом и опорой. Он отказался от идеи открывать собственную пекарню, предпочтя помогать Тоне в её деле — он вёл бухгалтерию, договаривался с поставщиками, а иногда и сам вставал за прилавок ателье, если помощницы болели. Его любовь была тихой, но такой сильной, что Тоня каждый день чувствовала её в каждом его взгляде.
У них росли близнецы — сын Матиас и дочь Элинор. Им было по четыре года, и они уже вовсю интересовались ремеслом. Маленькая Элинор любила сидеть на коленях у Тони, пока та вышивала, и серьёзно смотреть на движение иглы. Матиас же больше тянулся к отцу и любил помогать ему месить тесто в их домашней пекарне, которую Родрик всё же открыл на заднем дворе — для души.
В один из тихих вечеров, когда дети уснули, а город за окном затих, Тоня сидела у камина в своём кабинете. Родрик стоял у окна, глядя на огни, и вдруг обернулся:
— Ты сегодня какая-то задумчивая. Что случилось?
Тоня помедлила. Она знала, что должна сказать ему правду. Она уже призналась ему в своём даре, он принял это. Но ещё не рассказывала о самом главном — о том, откуда она пришла.
— Родрик, — начала она, — я должна тебе сказать кое-что важное. То, что я скрывала от тебя всё это время. Ты готов услышать?
Он подошёл и сел напротив, взяв её руки в свои.
— Я готов выслушать всё, что ты захочешь сказать. Ты же знаешь.
Тоня глубоко вздохнула и начала:
— Я не из этого мира. Я попала сюда через молнию, из другого мира, где нет магии, где люди живут совсем иначе. Я была Антониной, а стала Антонией. Я — попаданка. И мой дар — он тоже пришёл оттуда, но здесь я научилась им управлять. Я — швейная фея, одна из тех, о ком писала в своей тетради Агнесс.