За окном уже стемнело, но Тоня не зажигала свечи — сидела в полутьме, чувствуя, как тишина наполняет дом и успокаивает её мысли. Где-то вдалеке слышались голоса вечернего города, где-то лаяла собака, где-то хлопала дверь. И Тоня знала, что это — её мир, её жизнь. И она готова была идти вперёд.
Глава 19
Тоня всё еще переживает, что её работы недостаточно хороши. Давайте поддержим её звездочками? Уверена, ей это понравится)
Утро за день до ярмарки выдалось хмурым. Тоня стояла у окна и смотрела на серое небо, чувствуя, как тревога медленно заполняет грудь. Она перебирала в голове все «за» и «против», и «против» почему-то казалось больше. Вдруг она ошиблась с выбором тканей? Вдруг её вышивка покажется слишком простой для городских модниц? Вдруг её попросту никто не заметит среди ярких прилавков и шумных торговцев?
Она отошла от окна и снова подошла к столу, где лежали её изделия, аккуратно разложенные на чистой льняной салфетке. Воротнички, манжеты, броши, платок — каждый стежок был сделан с любовью, но теперь, в предрассветных сумерках, они казались ей бледными и невыразительными.
— Я не уверена, что всё это стоит того, — тихо сказала она, проводя пальцем по вышитому краю платка.
Агнесс, которая уже хлопотала на кухне, услышала её слова и вышла к ней. Она остановилась в дверях и внимательно посмотрела на Тоню.
— Что случилось? — спросила она. — Ты уже целый час ходишь кругами и вздыхаешь. Если ты передумала — скажи сразу, я пойму. Но если ты боишься — это нормально. Все боятся перед первым шагом.
— Я не боюсь, — солгала Тоня и тут же поправилась: — Нет, боюсь. Очень боюсь. Вдруг я зря потратила время? Вдруг никому это не нужно?
Агнесс подошла к столу, взяла одну из брошей с птицей и поднесла её к свету. Это был павлин, он бы вышит серебряной нитью, с расправленным хвостом, и казался живым. Тоня увидела, как рука старушки дрогнула, а глаза вдруг наполнились влагой. Она замерла и не сводила взгляда с броши, будто видела в ней что-то давно забытое и дорогое.
— Что с вами? — спросила Тоня, подходя ближе. — Вы побледнели… Вы её узнали?
Агнесс не ответила сразу. Она всё смотрела на брошь, и пальцы её чуть заметно дрожали. Потом она глубоко вздохнула, вытерла глаза уголком платка и села на лавку, жестом приглашая Тоню сесть рядом.
— Прости, дитя, — сказала она, голос её дрожал. — Просто… я не ожидала увидеть эту птицу здесь, у тебя. Она почти в точности повторяет ту, которую мне подарил мой муж.
Тоня опешила:
— Ваш муж?
Агнесс кивнула. Она сжала брошь в ладони, словно боялась уронить.