От этой мысли кровь нагревается, запуская внутренний зуд по всему телу. Боже, я и так в окситоциновой коме все последние дни, еще и это! Накрывает предвкушающим возбуждением. Прячу от девочек глаза и убираю карточку в ящик рабочего стола, а затем, подхватив букет, иду за вазой.
Большой...! Сколько тут роз? Считаю... Но бросаю это дело, сбившись пару раз.
Да и на самом деле количество мне совсем неважно — я бы и от одной сейчас так же краснела и трепетала. Ведь это так непохоже на Андрея.
Нет, он всегда был щедрым — только попроси, но чтобы вот... Сам! Это что-то из параллельной реальности.
Он... Старается.
Я вижу, чувствую, что он очень старается, и я уже почти убеждена, что он действительно изменился. Стал мягче, спокойней, взвешенней. Думает, прежде чем даже что-то резкое сказать и уж тем более сделать — раньше Андрей себя этим не утруждал и даже этим кичился.
Сдерживается. И не просто копит в себе, напоминая начинающий свистеть чайник, а пытается все свои отрицательные реакции перемолоть и выдать что-то более... как модно сейчас говорить "экологичное", хоть это слово до смешного ему не идет.
О, я прекрасно понимаю, что может просто обманываю себя и выдаю желаемое за действительное, ведь только шесть дней назад Жаров умудрился разрушить мой брак и орал, что я ему нужна!
Недели не прошло, а я уже искренне верю, что у нас все получится! Боже, я тоже неизлечимо больная, да.
Но как тут сопротивляться? Андрей словно девятый вал. Меня закручивает в нем так, что чудо, что успеваю дышать. И у меня не получается ему не верить.
Всю эту неделю его почти не было на работе — все время торчал в Отрадном и ездил на встречи, связанные с началом строительства нового мясокомбината. Приходил ко мне ночью. Уставший, голодный, жадный до меня...
Укладывал Ладу сам, с ним она почему-то практически сразу засыпает, потом мы трахались, а после тихо переговаривались. Андрея рубило, но мне это было нужно — прощупать его до основания, чтобы окончательно поверить, что у нас есть и будет все хорошо. Заставляла его обсуждать самое больное, самое сокровенное. Некоторые вещи по кругу, по несколько раз.
"...— Еще пару дней назад ты меня ненавидел. И так быстро перестал? — спрашивала в ночной тишине, лежа на нем сверху и упрямо пытаясь разглядеть выражение карих глаз в темноте.
—А ты? Еще вчера ты только и говорила мне, чтобы я проваливал, и так быстро перестала? — лениво парировал Андрей, ведя пальцами по моему позвоночнику до самой попы, потом смял ягодицы и подсадил меня повыше, чтобы терлась промежностью о потихоньку снова твердеющий член.