Каменный член мягко и тяжело ударяется о мужской живот. Перехватываю ладонью и шиплю Андрею в губы от того, какой он бархатный, твердый под тонкой кожей и горячий. Жаров шипит в ответ, когда сдавливаю головку, и всасывает мой язык. Разводит мои ягодицы в стороны, трогая между. Давит вниз, чтобы села.
— М-м-х-м, — капризно хнычу, наконец опускаясь на него.
От долгожданного тугого натяжения раскаленно простреливает в позвоночник. Я и так была на грани... Закатываются глаза, выдыхаю, ловя жгучую волну. Бедра немеют, под пупком закручивается, двигаюсь сразу сильно и быстро, упираясь одной ладонью в потолок машины, а другой резко потянув голову Андрея назад за короткий ёжик на затылке, чтобы смотрел мне в глаза.
— Ни хуя ты...— облизывается. Взгляд у него шальной, пьяный... Как в тисках сжимает мою попу, направляя.
В рваном ритме подаюсь бёдрами, жадно сжимая в себе член, один раз... Второй... И меня выносит в сладкие судороги.
Это самый быстрый огразм в моей жизни наверно...На миг перед глазами темнеет. Замедляюсь сразу, размякая. Андрей обнимает меня крепко-крепко, покачиваясь и зацеловывая лицо. Несколько секунд дает возможность покайфовать, а потом заваливает на спину на кожаное сидение пассажирского дивана, так со мной и не расцепляясь. Закидывает мои ноги себе на плечи, буквально сворачивая меня вдвое. Стону от слишком глубокого проникновения и острого угла, упираюсь ладонями ему в грудь, пытаясь чуть оттолкнуть, но это, конечно не помогает. Он только придавливает меня ещё сильней собой, быстро и жестко трахая.
Скулю от переизбытка ощущений, внизу будто пергаментное все, и одновременно так скользко и туго натягивает. Остаточные сладкие спазмы еще сковывают тело, между ног печет. В итоге расслабляюсь, всё позволяя, и только хныкаю на каждый толчок. Еще... Еще... Чувствую, как член дергается во мне и внутри становится нестерпимо горячо от выталкиваемой спермы. Длинно выдыхаю, тело дрожит. Андрей отпускает мои ноги и ложится на меня, утыкаясь лбом в пассажирскую дверь.
Тяжело дышит через рот словно бежал марафон, глаза закрыты. Обнимаю его голову, ласково перебираю короткие кудри. Поворачивается ко мне и тянется к губам. Нежно теперь, лениво целуемся. И этот поцелуй — это чуть ли не больший кайф, чем все до него.
Потому что это что-то про любовь.
Тянет улыбаться как дуре. И я улыбаюсь, тихо, бездумно засмеявшись. В груди топит лаской, она сочится из пор. Андрей тоже самодовольно, расслабленно ухмыляется. Ведёт пальцем по моим бровям, носу, задерживается на губах. Чуть оттягивает нижнюю, отпускает...