— Была бы у тебя нормальная бабушка...— как обычно ворчит себе под нос Егор, подавая Ладе куртку.
Я лишь устало закатываю глаза. Да, Алла и помощь с ребенком — понятия несовместимые. К тому же я даже не уверена, что она уже вернулась с чьей-то там высокопоставленной дачи.
— Хорошего дня, Кукус, — вместо разговора про Ладину прабабушку, треплю дочку по голове.
Она, фыркнув, уворачивается. Боится, что я ей ее модный низкий хвост испорчу.
— Выздоравливай, мам, — подхватывает рюкзак, который на ее тощих плечиках выглядит как орудие пыток.
— Давай, отдыхай, — Егор все -таки ловит меня и прижимает к себе. Коротко целует во влажный от слабости висок, — Я позвоню...
— И тебе удачи, родной, — закрываю за ними дверь, оставаясь одна в звенящей тишине квартиры.
Медленно ползу от двери обратно в спальню. Прикрываю чугунные веки, намереваясь еще подремать, но сон почему-то не идет. Мысли зыбкие, еле ворочаются, но их обрывки все равно...Беспокоят меня.
Не могу ситуацию отпустить даже в таком полумертвом состоянии. Жаров как кость в горле и гвоздь в голове.
Сдаюсь и плетусь на кухню. Решаю сварить куриный суп — единственное, что мой организм воспринимает во время болезни. А вечером надо будет сделать домашним пиццу из готового теста. Это быстро и точно все съедят...
Между чисткой овощей пишу сообщение матери.
Лера: "Привет. Можешь говорить?"
Через минут пять прилетает ответ.
Мама:" У меня пара. Через полчаса. Что-то срочное?"
Лера: "Нет. Перезвони"
И все эти полчаса я внутренне подбираюсь, ожидая нашего разговора, потому что... Потому что мама живет с Андреем в одном городе и по-любому знает о нем гораздо больше, чем я. Но у нас так повелось, что Жаров шесть лет назад был возведен в статус Волан -де-Морта — того, кого нельзя называть. И я ни разу о нем не спрашивала.
Ни разу, твою мать!
А сейчас не могу удержаться. Мне нужны еще хоть какие элементы пазла, чтобы попытаться его сложить.
Через сорок минут, когда уже закидываю мелкую вермишель в почти готовый суп, мама наконец звонит.
— Привет, дочь, как дела?
— Ну так...— я делаю поменьше огонь на плите и устало оседаю на стул, — Приболела немного, но это ерунда... Мам...— нервно сглатываю, — Ты в курсе, что Андрей переезжает в Питер?
— К- какой Андрей? — растерянно заикается мать, и я сразу понимаю, что нет.
— Жаров, какой же еще, — тихо психую на нее, так как больше мне просто не на кого.
— Жаров?! С чего вдруг?! — мама от удивления повышает голос.
— Я хотела у тебя спросить вообще-то. Но ладно... Ясно.
Мама молчит. Я практически слышу, как ее мозг в это время усердно обрабатывает информацию и пытается выдать хоть какой-то результат.