с первого слова.

Обед прошёл в натянутых разговорах. О погоде, которая стояла холодная и дождливая, о

лондонских новостях, которые леди Маргарет пересказывала с подробностями, явно рассчитывая

произвести впечатление. Она упомянула, что недавно видела лорда Эдмунда в театре — « Он

такой приятный молодой человек, ваша светлость, почему вы не пригласили его погостить?»-и

Грейсон едва сдержался, чтобы не ответить резко.

— Мой брат в Лондоне по делам, — сухо ответил он. — Он приедет, когда сможет.

Летиция, до этого молчавшая, вдруг оживилась.

— А говорят, он уехал во Францию, — сказала она, стрельнув глазами в сторону Аурелии. —

Вслед за тем художником, который писал ваш портрет.

Грейсон почувствовал, как Аурелия замерла рядом с ним. Её пальцы, лежавшие на скатерти,

сжались в кулак, но лицо осталось спокойным.

— Откуда вам это известно, мисс Грейвз? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал как

можно более безразлично.

Летиция пожала плечами. Изящно и так по-кукольному.

— В Лондоне все об этом говорят, — сказала она. — Лорд Эдмунд и тот художник, кажется, были

в приятельских отношениях. Может быть, они вместе отправились искать вдохновения в Париже.

— Летиция, — одёрнула её мать, — оставь эти сплетни. Герцога не интересуют пересуды.

— Отчего же? — вмешалась Аурелия, и её голос прозвучал ровно, но Грейсон уловил в нём

стальные нотки. — Мне кажется, его светлости очень интересно, где находится его брат и с кем

он путешествует.

На мгновение за столом повисла тишина. Летиция опустила глаза, леди Маргарет взялась за

бокал с вином, делая вид, что не заметила колкости.

Затем мачеха сменила тему, заговорив о здоровье сэра Ричарда Блэквуда. Она сообщила, что

отец Аурелии тяжело болен, что он почти не встаёт с постели, что каждое утро просит привести

к нему дочь. Рассказывала она это с такими трагическими интонациями, что Грейсону захотелось

проверить, не натёрла ли она луком платок, который прижимала к глазам.

— Он так скучает, — всхлипнула леди Маргарет. — Каждый день спрашивает о тебе, Аурелия.

Каждый день.

— Я приеду, когда смогу, — ответила Аурелия тем же ровным тоном.

— Когда? — вмешалась Летиция, и в её голосе прозвучала неприкрытая насмешка. — Через год?

Твой отец может не дожить, Аурелия.

— Летиция, — произнёс Грейсон, и его голос заставил ту умолкнуть. — Сейчас не время для

таких разговоров.

Девушка опустила глаза, но в уголках её губ он заметил довольную улыбку. Она добилась

своего. Она заставила Аурелию почувствовать вину, заставила Грейсона обратить на неё

внимание.

Обед закончился в тяжёлом молчании. Слуги убрали посуду, и дамы удалились в гостиную,