Они остановились перед массивной дермантиновой дверью, обитой по краям потускневшими гвоздями с широкими шляпками. К двери была прикручена кривоватая, выцветшая пластиковая табличка с выгравированной надписью «Старший инженер смены». Алексей остановился, прикрыл глаза на секунду и сделал глубокий вдох, пытаясь унять предательскую мелкую дрожь в руках. Он коротко, но настойчиво постучал костяшками пальцев. Не дожидаясь приглашающего ответа, он нажал на тугую металлическую ручку и шагнул в тесный кабинет.
За массивным двухтумбовым столом, заваленным пожелтевшими журналами учета, пыльными папками и катушками припоя, сидела Зинаида Михайловна. Услышав скрип двери, она с явным неудовольствием оторвалась от колонок цифр, сдвинула очки на кончик носа и вопросительно посмотрела на вошедших.
Алексей, по-прежнему не произнося ни слова, подошел вплотную к столу и предельно бережно, стараясь не шуметь, поставил свой пакет на единственный свободный край столешницы. Затем он медленно, почти ритуально, словно совершая подношение древнему божеству связи, извлек оттуда большую плоскую коробку шоколадных конфет «Ассорти» и пузатую, солидную бутылку хорошего, выдержанного армянского коньяка. Стекло мягко, с приятным баритоном звякнуло о полированное дерево столешницы.
Зинаида молча посмотрела на подношение, потом на Алексея. Никаких лишних слов не требовалось. Женщина понимающе кивнула, смахнула коробку и бутылку в глубокий нижний ящик и задвинула его коленом.
— Говори, Леша, — ее голос был низким, основательно прокуренным и слегка сиплым. — Что у вас там опять стряслось на этот раз? Малолетние вандалы кабель в распределительном колодце срезали? Или экскаваторщик магистраль порвал?
Алексей тяжело оперся дрожащими руками о край ее стола, склонив голову. Ему было физически тяжело формулировать свою техническую проблему так, чтобы она не звучала как горячечный бред сумасшедшего, перечитавшего дешевой фантастики.
— Зинаида Михайловна, мне нужна выписка. Срочно. Отметки по моей абонентской линии, — Алексей говорил тихо, с расстановкой. — Входящие вызовы за ночь. Не стоимость, не номера для любопытства. Мне нужно понять: была ли посылка вызова, снятие трубки, занятость линии или попытка соединения с модемом.
Женщина недовольно нахмурилась, машинально поправляя железобетонную конструкцию своей прически.
— Леш, ну ты же прекрасно знаешь строгий регламент. Я не могу просто так светить чужие телефонные номера, это подсудное дело, если кто узнает. И потом, у тебя же там этот твой Фидонет бесконечный. У тебя телефонная линия вечно занята, часами гудки идут, там сам черт ногу сломит в этих логах. Распечатка будет длиной с километр.