Я сделала глубокий вдох, собирая волю в кулак, и повернулась к друзьям.

— Ребята... простите меня, — мой голос прозвучал тихо, но эхом отдался в гулкой тишине зала. — Это всё моя вина.

Тео резко обернулся, нахмурившись, а Молли перестала причитать и удивленно уставилась на меня своими огромными глазами.

— О чем ты,Элли? — тяжело дыша, спросил Теодор.

— Сегодня утром, когда я отдавала ему пиджак, — я сглотнула подступивший к горлу ком, чувствуя себя невероятно виноватой. — Я наговорила ему лишнего. Я сказала, что не нуждаюсь ни в его защите, ни в его подачках, и что все мои проблемы в этой Академии происходят исключительно по его вине. Он взбесился. И этот приказ — его ответный ход. Он хочет проучить меня, доказать мне мою ничтожность, и использует вас как рычаг давления.

Я подняла голову и решительно посмотрела в их лица. Вся моя неуверенность испарилась, уступив место холодной решимости.

— Вы не пойдете в Восточный риф, — твердо заявила я.

— Что?! — хором возмутились они.

— Я сказала, вы не пойдете туда, — отчеканила я, делая шаг назад и поправляя сумку на плече. — Молли, ты идешь на свою практику к Филдсу и получаешь свои баллы. Тео, у тебя сейчас тренировка по боевой магии, и ты тоже на нее пойдешь.

— Элиана, ты с ума сошла? — Теодор в один шаг сократил расстояние между нами, его лицо потемнело от негодования. — Ты думаешь, я отпущу тебя туда одну?!

— Я заварила эту кашу, Тео, и я сама с ней разберусь, — я упрямо вздернула подбородок, не отводя взгляда. — Я спущусь в эти проклятые Архивы, найду нужные свитки и восстановлю барьеры. Кассиан хочет посмотреть, на что я способна в одиночку? Отлично. Я покажу ему. Идите на занятия. Это мой бой, и я не позволю вам рисковать своим будущим из-за моего длинного языка.

— Ты в своем уме? — Теодор шагнул ко мне, его лицо потемнело от гнева и абсолютной, каменной непреклонности. — Я никуда не пойду. Я не оставлю тебя одну расхлебывать этот бред. Мы идем вместе,Элли. Точка.

Я смотрела в его упрямо сжатые челюсти и понимала, что пробить его броню сейчас не удастся никакими логическими доводами о баллах и угрозе отчисления. Тео скорее позволит вышвырнуть себя из Академии с волчьим билетом, чем отпустит меня в опасное место.

Нужно было действовать хитрее.

— Тео, послушай, — я смягчила тон и примирительно положила ладони ему на грудь, чувствуя под плотной тканью бешеное биение его сердца. — Я не собираюсь спускаться туда в одиночку и кормить собой донных тварей. Я что, похожа на самоубийцу?

Он подозрительно прищурился, не сдвинувшись ни на миллиметр.